RSS RSS

avatar

Марина Кудимова

Родилась в Тамбове.Начала печататься в 1969 году в тамбовской газете «Комсомольское знамя». В 1973 году окончила Тамбовский педагогический институт (ТГУ им. Г. Р. Державина). Открыл Кудимову как талантливую поэтессу Евгений Евтушенко. Книги Кудимовой: «Перечень причин» вышла в 1982 году, за ней последовали «Чуть что» (1987), «Область» (1989), «Арысь-поле» (1990). В 90-е годы прошлого века Марина Кудимова публиковала стихи практически во всех выходящих журналах и альманахах. Переводила поэтов Грузии и народов России. Произведения Марины Кудимовой переведены на английский, грузинский, датский языки. C 2001 на протяжении многих лет Марина Кудимова была председателем жюри проекта «Илья-премия». Премия названа в память девятнадцатилетнего поэта и философа Ильи Тюрина. В рамках этого проекта Кудимова «открыла» российским читателям таких поэтов, как Анна Павловская из Минска, Екатерина Цыпаева из Алатыря (Чувашия), Павел Чечёткин из Перми, Вячеслав Тюрин из бамовского поселка в Иркутской области, Иван Клиновой из Красноярска и др. Собрала больше миллиона подписей в защиту величайшего из русских святых — преподобного Сергия Радонежского, и город с 600-летней историей снова стал Сергиевым Посадом. Лауреат премии им. Маяковского (1982), премии журнала «Новый мир» (2000). За интеллектуальную эссеистику, посвящённую острым литературно-эстетическим и социальным проблемам, Марина Кудимова по итогам 2010 удостоена премии имени Антона Дельвига. В 2011 году, после более чем двадцатилетнего перерыва, Марина Кудимова выпустила книгу стихотворений «Черёд» и книгу малых поэм «Целый Божий день». Стихи Кудимовой включены практически во все российские и зарубежные антологии русской поэзии ХХ века

Марина Кудимова: Публикации в Гостиной

    Марина КУДИМОВА. «Засиять новым пламенем»

    Лука_(Войно-Ясенецкий)Святитель Лука (Войно-Ясенецкий) в 1944 г. занял архиерейскую кафедру в моем родном Тамбове. За полгода до его приезда Божиим произволением открылась городская Покровская церковь. Первую службу архиерейским чином было решено служить в субботу, 26 февраля 1944 г., накануне Прощеного воскресенья. Непростым делом оказалось разыскать архиерейское облачение: в храме, пораженном грибком обновленчества, его не было. По окончанию службы владыка обратился к прихожанам с первым архипастырским словом:

    «Я назначен к вам пастырем. Пятнадцать лет были закрыты и связаны мои уста, но теперь они вновь раскрылись, чтобы благовестить вам слова Божии. О чем я буду вам говорить? Господь мне словами пророка Иеремии повелевает: “Пастыри, утешайте, утешайте мой народ!”. Вот вы и примите мои утешения, мои бедные, голодные люди. Вы голодны отсутствием проповеди Слова Божия. Храмы наши разрушены, они в пепле, угле и развалинах. Вы счастливы, что имеете хоть небольшой, бедный, но все же храм. Он грязен, загажен, темен. Не сияет над вашими головами свет, который должен бы сиять, но зато в сердцах ваших горит свет Христов.
    Взгляните вы, что делается в мире. Идет ужасная кровопролитная война. Враг разрушает города, селения, храмы, но его изгоняют наши войска из пределов нашей Родины. В освобожденных местностях наш народ восстанавливает города, селения, строит заводы. Так и вы, подобно этим строителям, восстанавливайте разрушенные храмы, поднимайте их из пепла и мусора…
    Нам нужен Ваш труд для восстановления уничтоженного, ибо храмы должны вновь восстанавливаться и вера засиять новым пламенем».

    Читать дальше 'Марина КУДИМОВА. «Засиять новым пламенем»'»

    Марина КУДИМОВА. Покров на рву. Памяти Евгения Евтушенко

                               

    После известия о кончине Евгения Александровича Евтушенко мой друг – надеюсь, не только виртуальный – и чрезвычайно симпатичный человек Александр Петрович Сизухин поведал мне свой сон. Евтушенко предстал ему в виде Покровского собора – изображенного на каждой рекламной единице храма Василия Блаженного с загадочно цветными куполами, «красно украшенного», как говорили наши предки, и трагического в своей тайной, метафизической основе. Мне показалось, что сновидение и скрытый в нем символ отображают всю суть фантастической судьбы покинувшего нас самого знаменитого русского поэта ХХ столетия и восприятия этой судьбы современниками. Так появилось довольно большое стихотворение – или довольно маленькая поэма, по праву посвященная в равной степени как памяти ушедшего, так и воображению живого, выявляющему истинное значение события. 

     

    Читать дальше 'Марина КУДИМОВА. Покров на рву. Памяти Евгения Евтушенко'»

    Марина КУДИМОВА. Выход в город. Фрагмент из повести "Бустрофедон"

    художник Александр Дедушев

    художник Александр Дедушев

    В центр она отправилась впервые после смерти мужа. Соседний магазин не в счет – он входил в границы освоенной территории. Магазин именовался по инвентарному номеру – семнадцатый. Кто-нибудь вбегал во Двор и истошно кричал:

    – В семнадцатый колбасу привезли!

    Все бросали стирку или карты, в которые резались под окнами Гуни, и бежали на угол Карлушки – бывшей Долгой, самой длинной и вечно грязной из-за оживленного движения, и бывшей Семинарской. Колбасу вывозили в торговый зал в огромном (Двор говорил: «огроменном») контейнере килограммов на 400. Искусство состояло в выхватывании батонов из-под носа грузчика и пробегом к кассе, очередь в которую занимала самая расторопная из старух на всех. Колбасу различали «по вязочке». У «Докторской» были две перевязки наверху батона. У «Любительской» в искусственной оболочке имелся поясок. У «Чайной» – две перевязки посередине. Конечно, на разрез имелись различия по цвету и по жирности, но колбасу брали исключительно батонами и палками и резали только дома. Иногда грузчик Петр успевал объявить:

    – Сегодня вся – «Докторская».

    Читать дальше 'Марина КУДИМОВА. Выход в город. Фрагмент из повести "Бустрофедон"'»

    Марина Кудимова. Ожидай, но не бойся. Эссе и стихи

    Марина КудимоваСмерть – одна из ключевых и базовых тем мировой поэзии с древнейших времен.  Это связано не только с неизбежным осознанием конечности земного пути, но и со спецификой создания поэтического текста, которую в книге «Поэзия и смерть» обозначил современный поэт М. Лаврентьев:  «Подлинный поэт умирает в своем тексте еще до момента констатации физической смерти человека…» Собственно, работа Лаврентьева посвящена не смерти как таковой, а Танатогенезу – процессу наступления смерти, динамике умирания. С олимпийским спокойствием описал танатогенез – жизнь в присутствии смерти – А. Пушкин:

     

    День каждый, каждую годину
    Привык я думой провождать,
    Грядущей смерти годовщину
    Меж их стараясь угадать.

     

    Точно так же поэт рождается, полностью воплощается и метафизически умирает в каждом отдельном тексте, словно бы проходя полный цикл бытия.

    Символизм и вся поэзия Серебряного века вывели из ожидания смерти эстетику, параллельную христианской этике. Смерть стала постоянным, причем желанным и, главное, нестрашным спутником поэта. Так ребенок, которого часто наказывают, перестает бояться наказания и изловчается его избегать. Как писал К. Бальмонт:

     

    К тебе, о царь, владыка, дух забвенья,
    Из бездны зол несется возглас мой:
    Приди. Я жду. Я жажду примиренья!

     

    Читать дальше 'Марина Кудимова. Ожидай, но не бойся. Эссе и стихи'»

    Марина КУДИМОВА. Сложная пряжа. О творчестве Ильи Тюрина

     15 лет назад был создан проект «Илья-премия», посвященный памяти 19-летнего поэта и философа Ильи Тюрина.

     

             «Как мир меняется, и как я сам меняюсь…» Стихотворение Заболоцкого «Метаморфозы» преследовало меня, когда я после перерыва в несколько лет вернулась к стихам Ильи Тюрина. Так бывает – стихи зовут за собой стихи. Илья был тот же, кто ошеломил 15 лет назад, и совсем другой. Конечно, другой стала и я. Но дело не только в этом. Феномен настоящей поэзии заключается в непрерывном развитии как контекста, так и непосредственно текста. Начиная с определенного времени, это происходит независимо от присутствия или отсутствия автора. Если вы прочтете, положим, «Зимнее утро» Пушкина при солнечном свете и густой облачности, хорошо отдохнувшими и не выспавшимися, после радостного свидания и любовной неудачи, ручаюсь, это будут совершенно разные прочтения.

     

    Как все меняется! Что было раньше птицей,
    Теперь лежит написанной страницей;
    Мысль некогда была простым цветком,
    Поэма шествовала медленным быком;
    А то, что было мною, то, быть может,
    Опять растет и мир растений множит.

    Читать дальше 'Марина КУДИМОВА. Сложная пряжа. О творчестве Ильи Тюрина'»

    Марина КУДИМОВА ● Путь особый и путь другой

    Говорить сегодня о культуре, не упоминая Й. Хейзингу, то же, что спорить о социализме, обходя Маркса. То есть это, конечно, возможно, но лишь как некая игровая ситуация: черное с белым не берите и пр. Ведь главная книга Хейзинги, «Homo ludens», человек играющий,о взаимосвязи культуры и игры. О том, что игра старше культуры. О том, что: «Игру нельзя отрицать. Можно отрицать почти все абстрактные понятия: право, красоту, истину, добро, дух, Бога. Можно отрицать серьезность. Игру – нельзя» (ну, это он, положим, того…). Чем архаичнее общественные начала, тем более важную роль выполняет в обществе игра.

    «Всякая игра есть прежде всего и в первую голову свободная деятельность. Игра по приказу уже больше не игра», – вот чем мне, жертве «тотальной истории», дорога концепция играющего человека. Она отвечает на мои вопросы, на которые не смог ответить ни один политик, как не может патологоанатом ответить на вопрос о бессмертии души.

    Русский человек в том качестве, в каком он предстает в истории, есть человек неиграющий. Хейзинга недаром чуть не на каждой странице подчеркивает, что игра – это излишество, избыток жизненной энергии. Русская история этот избыток забирала целиком. Излишеств, будь то рыцарство или абсолютно игровое барокко, мы отроду не знали. Жизненную энергию вместе с избытком съела историческая инфляция. Новая ситуация предлагает – более того, навязывает нам – новые условия игры, вызывающие филологическое и физиологическое отторжение, связанное с характером переживания истории, которое по инерции именуется «особым путем». Как нельзя отрицать игру, так невозможно играть в историю, идентифицировавшись с ней как с процессом. Что и произошло с русским народом и народами, втянутыми в этот котел.

    Читать дальше 'Марина КУДИМОВА ● Путь особый и путь другой'»

    МАРИНА КУДИМОВА ● МЕЖДУСНЕЖЬЕ

    * * *
    Воды глыбкие молвы
    Затянула ряска…
    Как по первому пути –
    Поезд из Москвы,
    По второму по пути –
    Да из Брянска.

    Объявили – а нейдут.
    Где их только носит?
    Лес навыворот продут –
    Осень, осень…

    И по всей земле леса –
    Шаткие деревья –
    И ночные голоса –
    Суеверья.

    Не сносить им головы,
    Позднего убранства…
    Вот и поезд из Москвы,
    Следом – да из Брянска.

    Бубен хода, тамбурин,
    Каткие колеса.
    Праздник, Yellow Submarine,
    Тамбур, папироса.

    Только не решить боюсь
    Я дилемму эту:
    То ли здесь остаюсь,
    То ли с вами ль еду.

    Все отринь, всех забудь,
    Будь без грима…
    Первый путь, второй путь –
    Мимо, мимо!

    Читать дальше 'МАРИНА КУДИМОВА ● МЕЖДУСНЕЖЬЕ'»

    Марина Кудимова. Душа-левша.

    Новая книга известной российской поэтессы    Марины Кудимовой даёт возможность познакомиться с её новыми стихами. Как всегда, в творчестве поэтессы раскрываются смыслы и ритмы современной действительности на фоне яркой образности и выверенности художественных средств. Стихи Кудимовой – это лирическая исповедь с захватывающим сюжетом. Книга будет интересна всем любителям российской поэзии – как давним почитателям таланта Марины Кудимовой, так и тем, кто откроет её мир для себя впервые.

     

    ИПО «У Никитских ворот»
    Москва, 2014
    ISBN 978-5-91366-863-9

    МАРИНА КУДИМОВА ● КРЕПЬ И ТЕСНОТА

    Владимир Леонович                                                         Памяти Владимира Леоновича.

    «Тощая прожорливая сквозистая земля» русского Севера в разгар нынешнего лета упокоила поэта Владимира Леоновича. Поэта крупного, единственного, несменяемого. Он уважал русский крупный план, на котором только и видно величие и страдание этой огромности, тонущей в самой себе. И прописными буквами выделял в стихотворении: «КРУПНО ВСЕ». Крупность, крепкосбитость в немыслимом сочетании с ладноскроенностью – читай: аристократизмом – отличают и его поэзию:

    эта гибкая свобода

    любит крепь и тесноту.

    Говорят, лег Володя в мелкозернистый песочек, не размываемый осенним обложным дождем и весенней талой мокредью, а лишь прессуемый осадками – всегда выше нормы. Но народ, которому Леонович служил, а не поклонялся вслепую, не склонен относиться к природе как к власти, которую поругивать и подвысмеивать – дело обычное (хотя Володя и сказал – по обыкновению, как в сосновый хлыст врубил: «Эта воля любит власть»). Соотношение с властью: «нам — вас кормить, а вам — нас убивать» народ принимает стилистически. А несменяемость, богоданность самых скудных мест своего исторического и труднического жительства понимает генетически, а гены ведь пальцем не выковыряешь:

    Читать дальше 'МАРИНА КУДИМОВА ● КРЕПЬ И ТЕСНОТА'»

    МАРИНА КУДИМОВА ● ПРИВЕТСТВЕННОЕ СЛОВО

    Дорогая «Гостиная» и ее милые обитатели!

    Сегодня как никогда актуален вопрос сохранения русскоязычного мира. Все политические распри рано или поздно прекратятся: здравый смысл такая вещь, которая побеждает вопреки обстоятельствам, самым на первый взгляд непреодолимым. А творчество – гарантия преодоления любых временных несогласий. Пушкин понимал и любил Мицкевича, несмотря на диаметрально противоположные взгляды на мир и государство, Отечество и власть. Понимал – как может гений понять другого гения и как Человек может понять Человека.

    Язык можно сохранить только через литературу. Он живет и развивается исключительно благодаря ей, и нашему волшебному языку не страшны ни время, ни расстояния, пока литература и ее создатели не уничтожены. А уничтожить их способно лишь забвение. Пока последний человек в мире будет говорить и думать по-русски, он непременно обратится за поддержкой к Пушкину и Бродскому, Андрею Платонову и Льву Толстому, Достоевскому и Булгакову. Воистину – «ты один мне поддержка и опора». Всем нам!

    Мне чрезвычайно лестно быть вашим гостем, и я хочу, чтобы мы общались и не надоедали друг другу. И чтобы не теряли и не расточали наше общее сокровище, «куда бы нас ни бросила судьбина».

    Всех вам благ! Прекрасных книг и публикаций! Понимания и любви в настоящем и будущем! Ибо творец заведомо и упрямо нацелен на будущее.

    Ваша Марина Кудимова.

    Запись  презентации  журнала «Гостиная» можно смотреть здесь:

     

    МАРИНА КУДИМОВА ● «ОТЗВУКИ ЗАМЫСЛА О СЕБЕ» ● ИНТЕРВЬЮ ● СТИХИ

    МАРИНА КУДИМОВА– Дорогая Марина, рада вновь видеть Вас в нашей виртуальной Гостиной!

    Сколько бы я ни читала Ваши стихи, которые люблю и к которым возвращаюсь по разным поводам, не оставляет ощущение, что погружаешься в какой-то мощный энергетический континуум. Думая над этим, я пришла к заключению, что всё дело не только в образах и стиле, а в том изначальном посыле, с которого начинается поэзия. У Вас она начинается с того же, с чего «начинается родина», а это неразрывно связано с миссией. Миссионерская энергетика и есть то, что проникает Вашу поэзию. Русская литература выработала, по крайней мере, три образа Поэта: Поэт-Пророк, Поэт-Учитель и Поэт-Миссионер. Вы, с моей точки зрения, относитесь к третьему типу. В чём Вы видите миссию поэта сегодня? Является ли вопрос о миссии острым в современной литературе, и если да, то почему?

    – И я приветствую всех посетителей Гостиной и, разумеется, ее хозяйку! Благодарю за доверительную возможность разговора.

    Читать дальше 'МАРИНА КУДИМОВА ● «ОТЗВУКИ ЗАМЫСЛА О СЕБЕ» ● ИНТЕРВЬЮ ● СТИХИ'»

    МАРИНА КУДИМОВА ● ПРЕДЫГРА ● СТИХИ

    МАРИНА КУДИМОВА

                                     ГЛАЗНОЙ ЗУБ
                1
    Грех замолен —
    Зуб удален,
    Нежный провал
    Кровью солен…
    Ниточный нерв —
    Ленточный червь —
    Высосал всю меня.
    Так начиналась царева верфь —
    С выкорчеванного пня…
    Позиционные шли бои
    С брустверами и рвами.

    Читать дальше 'МАРИНА КУДИМОВА ● ПРЕДЫГРА ● СТИХИ'»