Валентин НЕРВИН. Воспоминания о музыке

ПРЕЛЮДИЯ

 

Четвертый ряд, пятнадцатое место –

и память вышивает по кайме

недолгую прелюдию оркестра

и женщину, поющую во тьме.

Не говорю о таинствах и тайнах,

но жили в измерениях иных,

сошедшие с небес обетованных,

солистки филармоний областных.

А я – студент, влюбленный, как попало,

бегущий на концерты всякий раз,

не зная, с кем жила, кому трепала

нервишки и прически напоказ.

И целый год, шалея от восторга,

стипендию пуская на распыл,

конфеты я таскал из военторга

той женщине, которую любил.

Четвертый ряд, пятнадцатое место –

почти двенадцать месяцев подряд…

Но, как-то раз, по недосмотру, вместо

четвертого, я сел на третий ряд.

И жизнь моя вошла в иное русло,

по мере ускоряющихся дней.

Но женщина дарила мне искусство –

и я снимаю шляпу перед ней.

 

                   

НОЧНАЯ  ПТИЦА

 

Всю недолгую ночь напролет

между Южным и Северным полюсом

перелетная птица поет

о любви человеческим голосом.

И звезда от любви до земли

долетает ночными зигзагами,

и плывут по морям корабли

под красивыми гордыми флагами.

…Эта жизнь утечет, как вода,

но поет и поет непонятная

птица, женщина или звезда –

перелетная,

                                послезакатная…

 

               

ДВЕ  СКРИПКИ

 

1

Не умею вернуться в начало,

но, которую ночь напролет,

там, где первая скрипка звучала,

там последняя скрипка поет.

Всё кругом ненадежно и зыбко,

но Создателю честь и хвала,

потому что последняя скрипка

замечательней первой была.

 

2

Не всякий подарок от Бога

и по-человечески жаль,

что радости в жизни немного,

зато неизбывна печаль.

Судьба не щедра на улыбки,

но для музыкальных людей

Бог изредка делает скрипки

из долгой печали моей.

 

                 

ВОСПОМИНАНИЕ  О  МУЗЫКЕ

 

Под звездами,

кочующими с юга,

я жил тогда у черта на хвосте

и вольная, как музыка, подруга

раскачивала время в темноте.

В апофеозе нежности и боли

соединялись на одной струне

свободные диезы и бемоли,

сиятельно дарованные мне.

Потом я засыпал на сеновале,

а звезды кочевали по судьбе

и новые созвездия сияли

не для меня,

но сами по себе.

 

 

БЕЗДЕЛУШКА

 

В обыкновенной квартире

есть безделушка одна:

ангел играет на лире –

грош без копейки цена.

Купленный на барахолке

в годы больной нищеты,

он притулился на полке

выше мирской суеты.

Выше хулы и злословья

каждую ночь напролет

у моего изголовья

вольная лира поет.

Только свободное небо

запросто делит со мной

малую часть ширпотреба

в этой квартире земной.

 

                     

В  ДОРОГЕ

 

Природа на золото не мелочилась,

на музыку тоже; да, что говорить! –

такая прекрасная осень случилась,

и как же за это не благодарить?

Опавшие листья летят за машиной,

а память моя за годами летит

и чудятся за придорожной крушиной

воздушные замки моих Атлантид.

И музыка в них на закате играет,

и женщины там без печали поют,

а дети гербарий любви собирают –

осенней листве умереть не дают.

Я так благодарен судьбе и природе

за эти недолгие теплые дни!..

Зима на пороге,

                                     душа на свободе,

а люди в дороге.

                                      Но мы не одни.