RSS RSS

ЕВГЕНИЙ ДЕМЕНОК ● ПЕТЯ И ГАВРИК ● ЭССЕ

image_printПросмотр на белом фоне

ЕВГЕНИЙ ДЕМЕНОКНаши детские воспоминания не только самые радостные, но и самые прочные. Незначительная деталь, обрывок фразы, знакомый запах – и вдруг вспоминается: мне шесть лет, солнечный день на даче у друзей родителей, мне разрешили рвать малину прямо с куста и тут же, не моя, есть; или прохладный августовский вечер у Оперного и липкие после конфеты руки, которые очень хочется вымыть – но негде, кроме лужи; стеклянные, покрытые тонкой коркой льда деревья после ноябрьского шторма и внезапных заморозков; пирожки с повидлом по пять копеек на лотке на Карла Маркса – там потом была бубличная; ночное землетрясение 1976 года, когда вся парадная стояла у дома в пижамах и никто не решался возвратиться домой и ещё много, много чего… Наверное, для того, чтобы из глубин подсознания вспыли такие далёкие воспоминания, нужно быть в спокойном, ровном, созерцательном настроении. Но важно и другое – некий катализатор, который станет толчком, запустившим сложные механизмы нашей памяти. Таким катализатором может быть что угодно – услышанная песня, знакомый запах или место, где произошло какое-то событие. Недавно так произошло и у меня.

Августовский вечер, солнце ещё не село, но уже скоро, на небе типичный одесский закат, который так любили писать художники южнорусской школы – желто-оранжевые тона переходят в розово-голубые. В воздухе – едва различимая прохлада конца лета, ветра нет – погода идеальная. Я стою на перекрёстке Бунина и Преображенской и жду зелёного сигнала светофора. Красивых девушек в поле зрения нет, наблюдать не за кем, и я от нечего делать кручу головой по сторонам, пытаясь найти что-то интересное. Взгляд мой упирается в памятник двум сидящим друг к другу спинами мальчишкам – Пете и Гаврику, героям знаменитой повести Валентина Катаева «Белеет парус одинокий». Памятник удивительный – прекрасно выполненный Николаем Степановым, он совершенно не привлекает к себе внимания – возможно, благодаря месту, где он расположен. Вспоминаю, что когда-то давно, когда я ещё ходил в школу, около него брызгал водой фонтан, играли дети, на скамеечках сидели вечные одесские бабушки… Сейчас ничего этого нет, и бронзовые мальчишки выглядят одинокими и забытыми. И вдруг в памяти возникает другой вечер, совсем давний… Мы с родителями и каким-то маминым знакомым едем в такси – ещё той, советской «Волге» с шашечками, у которой, когда она была свободна, горел зелёный огонёк. Мы стоим на этом же перекрёстке, и мамин знакомый – судя по всему, музыкант, она тогда работала в филармонии, – глядя на этот же памятник, начинает рассказывать о Катаеве и Прокофьеве; о том, что они уважали и ценили друг друга – даже нет, испытывали взаимную симпатию, взаимный интерес; что Прокофьев предложил Катаеву – а может, наоборот, – написать музыку к его произведению, и этим произведением должна была стать как раз повесть «Белеет парус одинокий». Они даже начали работать над оперой с рабочим названием «Петя и Гаврик», но потом – то ли поссорились, то ли что-то пошло не так. В результате вместо «Пети и Гаврика» Прокофьев сочинил известную во всём мире пьесу «Петя и Волк». Вот всё, что я запомнил из того разговора.

Как хорошо, что у нас есть Интернет. Я ехал домой, сгорая от нетерпения найти информацию о Прокофьеве и Катаеве. Её оказалось так много, что чтение, сопоставление и осмысление заняли несколько недель. В конце концов я разобрался. Попробую изложить всё кратко и понятно.

Действительно, всемирно известная пьеса Сергея Сергеевича Прокофьева «Петя и волк» могла иметь не только другое название, но и совершенно другое содержание. В 1936 году, когда Прокофьев вернулся в СССР, он познакомился с маститым уже литератором Валентином Катаевым. Катаев как раз работал над повестью «Белеет парус одинокий» – первой из трилогии «Волны чёрного моря». Авторы прониклись друг к другу симпатией и часто встречались. Валентин Петрович читал Прокофьеву новые главы из повести, Сергей Сергеевич музицировал. Во время одной из таких встреч и родилась идея создать музыкальное произведение для детей, использовав как либретто рождающуюся на глазах повесть. Идея вдохновила обоих. Катаев начал работать над интерпретацией повести для оперы, Прокофьев – сочинять музыку. Эти годы были для него годами экспериментов и творческого подъёма. Сергей Сергеевич предложил Валентину Петровичу сделать либретто максимально простым, доступным и даже вызвался стать его соавтором. Он хотел придать каждому герою свой, ни на кого не похожий голос, озвучив каждого отдельным инструментом. Так, при каждом появлении Пети и Павлика Бачеев должны были звучать струнные инструменты, беглого матроса-потёмкинца Родиона Жукова должен был озвучивать гобой, сыщика царской охранки – валторны. Гаврику, по задумке Прокофьева, лучше всего подходил фагот, а мадам Стороженко – кларнет.

Катаев не был готов к такому повороту событий. Он настаивал на своём видении оперы, не желая чрезмерно её упрощать. Более того, он не хотел позволять Прокофьеву корректировать текст. Назревал конфликт. Кто решил остановиться первым, мы уже не узнаем, да это и не важно, но авторы решили работать самостоятельно. И тут совершенно неожиданно и очень вовремя к Сергею Сергеевичу обратилась Наталья Ильинична Сац с предложением создать пьесу для детей. С радостью и облегчением композитор принял предложение – ведь половина работы была уже проделана. Так родилась знаменитая пьеса «Петя и Волк». Прокофьев не только сам написал либретто, но и озвучивал героев во время представления. А самое главное – на ура была воспринята его идея придать каждому персонажу голос определённого инструмента. Петю озвучивали струнные, дедушку – фагот, птичка звучала флейтой, утка – гобоем, кошка – кларнетом. Ну а волка озвучивали аж три валторны. Сергей Сергеевич проявил в пьесе весь свой новаторский характер. Успех был феноменальным и быстро перерос границы Союза. Уолт Дисней был настолько потрясён шедевром Прокофьева, что вскоре на его студии была создана анимация «Петя и Волк», вошедшая в золотую коллекцию диснеевских
мультфильмов. Аудиоверсии сказки записывали многие известные артисты, среди них: Джон Гилгуд, Питер Устинов, Бен Кингсли, Шэрон Стоун. А в 2004 году героев пьесы озвучили Билл Клинтон, Михаил Горбачёв и Софи Лорен – и этот диск, музыку к которому записал Российский национальный оркестр, получил премию «Грэмми» в разделе «Детский альбом в разговорном жанре».

Надо признаться, Валентина Петровича тоже ждал успех. Уже в 1937 увидел свет году художественный фильм «Белеет парус одинокий». Почти через сорок лет на киностудии Довженко была экранизирована вся трилогия «Волны Чёрного моря». Повесть вошла в школьную программу, и все дети большой советской страны смеялись над мадам Стороженко и переживали за матроса Жукова.

Видимо, оба автора испытывали определённое неудобство из-за того, что их творческий союз распался. Прошло несколько лет, и Прокофьев предложил Катаеву поставить оперу по его повести «Я, сын трудового народа…». На это раз творческий союз был успешным, и в 1940 году в Московском академическом музыкальном театре состоялась премьера оперы в пяти действиях и семи картинах «Семён Котко». Судя по всему, Валентин Петрович на этот раз решил не упорствовать – авторами либретто числятся и он, и Сергей Сергеевич.

Вот что пишет сын Катаева Павел:

«И ещё мне хочется упомянуть одно из произведений Катаева, написанного на злобу дня и естественно не претендовавшего на долгую жизнь. Отец воспринимал его, как агитку, почти что газетную однодневку. Имеется в виду повесть "Я, сын трудового народа…"

В свое время произведением заинтересовался композитор Сергей Прокофьев, решивший написать современную, "советскую", оперу и найдя в повести хороший – оперный – сюжет, яркие характеры, драматические столкновения, живой юмор.

Композитор, как и писатель, вряд ли рассчитывал на долговечность этой своей работы. Прошли годы. И на оперных сценах – сначала (в семидесятых годах) Москвы в Большом театре, а затем и в Петербурге в Мариинском театре оперы и балета – вновь была поставлена опера Сергея Прокофьева "Семён Котко", названная так по имени главного героя повести».

Ну что же, вполне счастливый конец. Вместо одного выдающегося произведения мы теперь можем наслаждаться двумя – гениальной пьесой и хорошей оперой. Побольше бы в истории культуры было таких казусов.

avatar

Об Авторе: Евгений Деменок

родился в Одессе в 1969 году. Увлечения: живопись, философия и литература. Пишет прозу, статьи о живописи и культуре, короткие фразы - шутливые и философские. Член Южнорусского Союза писателей, Национального Союза журналистов Украины, Союза европейских журналистов Украины, Союза русскоязычных писателей Чешской республики. Автор многочисленных публикаций в газетах и журналах Украины, России, Израиля, США, Чехии, Греции. Один из создателей литературной студии «Зелёная лампа» и философского клуба «Философский пароход» при Всемирном клубе одесситов. Автор книг «Ловец слов», «Новое о Бурлюках», «Занимательно об увлекательном», соавтор книг «3 + 3», «Легенда о чёрном антикваре и другие рассказы не только для детей», «Пять». Лауреат муниципальной премии имени Паустовского за книгу «Новое о Бурлюках» (2014) и премии Корнея Чуковского за рассказ «Легенда о чёрном антикваре» (2013). Один из организаторов «Форума одесской интеллигенции». Член Президентского совета Всемирного клуба одесситов. По инициативе и за счёт Евгения в Одессе установлены мемориальные доски Юрию Олеше, Кириаку Костанди, Михаилу Врубелю.

Оставьте комментарий

MENUMENU