Владислав КИТИК. Не выпитая чашка чая.

Памяти Галины Маркеловой (18 февр. 1943 – 23 нояб. 2025)

Опять Одесса переживет скорбные дни, когда уходят из жизни люди известные, любимые, питавшие творчеством культурный потенциал города.

Опять взволнованные сообщения, соболезнования, слова, сочащиеся сквозь грусть и память. 23 ноября 2025 года не стало Галины Маркеловой. В православии крещенной Анной.

Поэт! Прежде всего – она поэт… Автор шести сборников стихотворений, один из которых, «Приглашение к Танцу» (2003) издан в Москве. Печаталась в Одесской антологии поэзии «Кайнозойские Сумерки» (2008), журнале «Октябрь», альманахах «Меценат и Мир. Одесские страницы» (Москва), «Дерибасовская – Ришельевская» и др. Дипломант Муниципальной литературной премии им. К. Паустовского (2006). С детских лет – в Одессе, сроднилась с нею душой, сплелась корнями сердечности.

Тире, образовавшееся между двумя датами, – не прочерк. Это свидетельство непростой жизни, трудной и разнообразной, не слишком яркой внешне, но – не напрасной. Гале писалось сложно, удавалось напечатать стихи не так часто, как хотелось. Последние публикации Галины Маркеловой состоялись в журнале «Гостиная», поданные как цикл с общим названием «Кадиш»:

Пусть говорят, что время умирать –
я бормочу своё: «Давай допьём коньяк,
чтоб отвязаться напрочь,
расслабленной рукою выводя:
«тысячелетье третье, помяни меня,
хмельную, предыдущими двумя…»

Она была старше многих из нас, студийцев литобъединения «Зелёная лампа» при Всемирном клубе одесситов. Но и мудрее многих благодаря своей доброжелательности. Не помню, чтобы она кому-то завидовала. злословила о ком-то. Ироничное отношение к ближнему ей было совсем не присуще.

Встречи с нею становились все реже. Гале было трудно ходить, она медленно спускалась по ступеням, держась за перила.

Она обычно садилась в стороне и внимательно слушала выступающих, оценивая их рвение, смущённость или нарочитость долгим понимающим взглядом, как смотрела на кукольные треволнения черепаха Тортилла. Сама выступала редко и комментировала только те стихи, чье содержание ей импонировало. В этом проявлялся ее вкус, избирательность взгляда и мнения.

Критиковать кого-то было не в ее правилах. Точно так же она никогда не жаловалась на болезни, на сложное психологическое состояние. При этом в ней чувствовалась скрываемая ранимость, неизменно проступающая сквозь слова в стихах. Конечно, все происходящее затрудняло ее возможности иметь широкий круг общения. Было ли Галине в жизни одиноко? Наверное. Но она твёрдо и последовательно свое одиночество преобразовывала в творчество.

Возможно, теперь она встретится с друзьями молодости, ценившими ее. С Евгением Михайловичем Голубовским, Ильей Рейдерманом, Фимой Ярошевским, вдоволь наговорится об абстрактной живописи с художником Олегом Соколовым, признанным после своего ухода. Еще раз улыбнется стихам Игоря Павлова, посвященным ей:

Слушай, Галя, жизнь – плохая.
Приходи на чашку чая.
Хоть в халате, в бигуди –
Приходи!

Утром снова – рыжий финик,
Староконный бледный рынок.
Смотрит сверху, сер и сед,
Снисходительный рассвет.

Днем – туманно. Если кратко:
Бред. Смятенье. Лихорадка.
Слушай Галя: жизнь плохая!
Приходи на чашку чая!

Приходи сидеть, скучать,
Жесткий бублик в чай макать…