RSS RSS

ЛЕРА МУРАШОВА ● ЛУНА В КАРМАННОМ ЗЕРКАЛЬЦЕ

ВЕЛОСИПЕДИСТ

О мальчик, мчащийся во весь опор
на двух колёсах, спицами сверкая!
Сам Бог ведёт с тобою разговор
о том, что бесконечна жизнь мирская,
что будут вечны: скорость, ветер, дождь,
что лужи — до одной! — преодолимы.
Ты лишь даров от будущего ждёшь,
кентавром юным пролетая мимо.
Я, замерев, смотрю тебе вослед
и становлюсь моложе и счастливей.
А ты несёшься в грозовой просвет,
где молнии рождают гром и ливень.


ВИНОГРАД

Любопытный виноград —
интересно всё подряд!
Очень надо винограду
знать, что люди говорят.

По отвесной по стене
добрался-таки ко мне,
словно форточник завзятый,
появляется в окне.

Утешает странный гость:
— Ты печалиться-то брось,
лучше ягодку попробуй, —
и протягивает гроздь.

Если с горя одичал,
но такое повстречал —
позабудешь про невзгоды
и развеется печаль.

И какой же в этом смысл?
Далеко до спелых числ —
и, на усиках повисший,
он ещё ужасно кисл.

Знаю точно я одно,
он пока незрелый, но
всё ж я рада винограду,
заглянувшему в окно!

 

ПОЛНОЛУНИЕ

А за окном луна цвела,
карманным зеркальцем дрожала.
Ей дела нет, ей горя мало,
какие на земле дела.

Она торжествовала над
боями, бедами, разрухой.
Ревели в поле Бук и Град,
шёл брат на брата, дед на внука.
Под мата яростный раскат,
под злое пенье автомата,
опять, как сотни лет назад,
шёл внук на деда, брат на брата.

Люд суетился, колесил
по заколдованному кругу,
она же из последних сил
учила всех — любить друг друга.

Мы мчались в разных поездах,
и становился ближний — дальним.
Она же заменяла страх
смирением и состраданьем,
лучами растворяла боль
и шла, как гончая, по следу,
и помогала нам с тобой
вести безмолвную беседу.

Жаль, только в месяц раз дана —
зачем же, Господи, так редко? —
луны волшебная таблетка
в квадратной проруби окна.

 

УХОДЯЩАЯ НАТУРА

Смотри с балкона на осенний сад —
здесь высота дарует взгляду дальность.
Живёт в сырых лесах исповедальность,
хранящая от жизненных надсад.

Всё беззащитней голизна ветвей,
прозрачности темнеющих проплешин.
Вороной обратился соловей —
ведь был когда-то Лелем старый леший.

Рябин и клёнов пламенный ожог
и массовая листьев десантура —
всё это называется, дружок,
красиво: уходящая натура.

И вновь вороний слышится гобой,
свистящая ветров колоратура…
И понимаешь: это мы с тобой
со сцены уходящая натура.

 

КОГДА УЖЕ НЕ О ЧЕМ ПЕТЬ

И полною грудью поётся,
Когда уже не о чем петь.
Георгий Иванов

Когда уже не о чем петь,
когда больше незачем плакать,
осталось на землю смотреть,
на за ночь подмёрзшую слякоть,

на первый неровный снежок,
на голого леса верхушки,
на хлипкий, унылый стожок
на Богом забытой опушке,

на тёмный кружок полыньи,
где уточки утлый кораблик,
на куст, где дрожат воробьи,
на сад, что ветрами разграблен.

Всё это как данность дано —
из сердца больного не вынешь —
простое, немое кино,
прямое, как ленточка «Финиш».

И всё же, к стыду своему,
я плачу, и песня взлетает,
и лучше не знать — почему.
Об этом никто и не знает.

image_printПросмотр на белом фоне
avatar

Об Авторе: Лера Мурашова

Родилась в Москве. Окончила Московский институт геодезии. Состоит в Клубе писателей Кавказа и Союзе писателей XXI века. Автор поэтических книг «Стихи» (Рига, 2010), «Облачный календарь» (Москва, 2011), «Синяя нота Ю» (Ростов-на-Дону, 2012), «Куриный бог» (Ростов-на-Дону, 2013). Участник коллективных стихотворных сборников «Останется голос. Русская поэзия XXI века» (Санкт-Петербург), «Под знаком Эрота 2», «Под знаком Мнемозины 1», «Под знаком Морфея 3» (Ростов-на-Дону, 2013). Её стихи и статьи публиковались в журналах «Мегалог» (Пятигорск), «Сияние» (Ставрополь), «Зинзивер» (Санкт-Петербург), «Ковчег» (Ростов-на-Дону), «Edita» (Гельзенкирхен, Германия), «Дети Ра» (Москва), «Литературная Кабардино-Балкария» (Нальчик), а также в «Литературной газете». Живёт в Нальчике и Москве.

Оставьте комментарий