RSS RSS

Наталья ЛЯСКОВСКАЯ ● «Сотворю себе малое чудо…»

* * *
и сошлись однажды наши да враги
призывает каждый Боже помоги
все несут иконы крестятся пучком
все кладут поклоны падают ничком
магазин заряжен через грудь калаш
наши в камуфляже вражий камуфляж
если глянуть с неба как одна семья
что вам мало хлеба люди-братовья
нету в реках рыбы зверя нет в лесах
овоща в садыбах солнца в небесах
не сыскали слова чтобы мир сберечь
чи скiнчилась мова аль иссякла речь
голубые очи светлые чубы
и никто не хочет утром лечь в гробы
серые зелёные в ранней седине
словно спепелённые в проклятом огне
чёрные да карие волосы как смоль
всем одно мытарить всем едина боль
завтра снова битва, затишь недолга
слышится молитва в лагере врага
наши в храмах тоже наших не сломать
вот кому Ты Боже будешь помогать

 

* * *
сильно апостольское слово сразит и сразу исцелит
всегда пресуществленно ново и свет оно и монолит
как по ночам спастись иначе чем часослову вслед ступать
и ждать пока душа восплачет от счастья что не может спать
ах завитки какие вертит за окнами сестра-метель
благоухает перед смертью сильней рождественская ель

 

обскура кардиа

стоял сервант в закрытой спальне и каждый год на Рождество
меня манила тьмой зеркальной обскура камера его
набита всклень стараньем мамы взамен любви взамен тепла
разнообразными дарами из-под полы из-под крыла
гермесовой сандальи левой она была крутой завмаг
магистром рынка королевой блатных материальных благ
и в сердце лаковом серванта за дверцей с ручкой-кулачком
теснились словно эмигранты в каюте сoffin ships торчком
карандаши в прозрачной тубе с насечкой «фабер» по ребру
торшон для акварели грубый подушка-думка в тон ковру
на коем бледные олени вершили лени торжество
ни моли ни годам ни тленью не удалось сожрать его
я выросла в оленьей стае зверьком в ворсистой глубине
все тайны леса познавая ведь он висел на той стене
где мой диван приткнулся стрёмно где я читала до утра
и миром грезила огромным или от приступа мокра
тряслась под штырью эфедрина шестая раса блин мутант
или рыдала ночью длинной ох лучше снова про сервант
итак коробка с куклой рыжей бесстыжей немкой в сапогах
и варежки к зелёным лыжам взамен утерянных в снегах
швейцарии черкасской парка софиевки где я не раз
брела сквозь снег как сенбернарка она ж собака-снеголаз
сугробы поглощали жадно всё что отпало от меня
ключи обломок шоколадный монетки прочая фигня
а мой товаровед домашний встречал разиню за столом
попрёками борщом вчерашним да поучительным бойлом
на новый год мне всё прощалось жизнь начиналась с цифры ноль
что потеряла возвращалось дарами врачевалась боль
и мама начинала снова добро по тайникам копить
как будто бы давала слово меня нелюбу полюбить
и под кремлёвские куранты и под колядок нежный плач
мне на башку сажала банты величиной с футбольный мяч
распахивала бок серванта с упругим дзыньком налетай
и гордым жестом маркитанта впускала в самодельный рай
там было всё о чём мечталось и даже то что не сбылось
всего на год отодвигалось и с наслаждением ждалось
какое никакое детство но вот явилось «время ю»
гормоны прут не отвертеться а мама создала семью
по-новой нет местечка в клетке подкидышу в чужой родне
очкастой дурочке поэтке с довеском-астмой дочке мне
ах так ну что ж пусть будь что будет куда угодно лишь бы прочь
мне разные встречались люди убить хотели взять помочь
и был завод и были жэки тогда что дворник то поэт
была любовь всегда навеки сейчас и ненадолго нет
детей я прикрывала телом в чаду общаг и съёмных хат
и если где недоглядела лишь я не кто-то виноват
был институт друзья и страсти и то о чём не говорю
и жизнь была и было счастье и я за всё благодарю
печаль лишь чуть фонит как эхо давно разбитого стекла
спасибо что пришлось уехать спасибо что вообще жила
обиды детской не осталось молитвой вымыта душа
к твоим коленям я прижалась ребёнок вновь тобой дыша
когда б не тяжкий крест и муки быть может не узнала б я
что целовать родные руки и есть вершина бытия
когда б не билась рыбой малой об лёд судьбу сдирая в кровь
то никогда бы не узнала как велика к тебе любовь
сервант стоит и ныне в спальне храня в реликтовом нутре
салатниц выводок хрустальный часы в латышском янтаре
да рыбу на хвосте ходящу с мальками-рюмками вокруг
да из морских ракушек ящик с трухой и фотками подруг
да шарф что ты недовязала да ангелову тень крыла
«стоит и ныне» написала ну что ж почти не соврала

 

* * *
в доме пахнет вкусным тестом ёлка птичка на окне
значит вновь приятным местом повернулась жизнь ко мне
не звонит давно вражина не болит почти спина
распрямляется пружина разрушается стена
полной грудью задышала через столько страшных дней
только вдруг под сердцем жало что ж рази Тебе видней
если надо пострадаю обдеру с душонки ржу
втихомолку порыдаю кофемолку заряжу
отразясь в напитке вредном говорит со мной звезда
языком своим дискретным нет-нет-нет и да-да-да
нет-нет-нет возврата к прежним мыслям чувствам голосам
сдуло ветром центробежным утащило к небесам
да-да-да  нелегкой воле одиночеству в миру
и смирению и боли и молитве поутру
и тому кто мне растрёпке жизнь спасая в сей момент
наготове держит в стопке мутный корвалол абсент
разгоняет заморочек блажь несносных мне самой
мой сыночек мой блиночек ангел милоликий мой

 

утренний обход
из цикла «больничное»

приходят ангелы линолеум заилен под их ногами словно древний нил
но им плевать главврач запойный филин сюда по блату их из тулы притулил
у алевтины голубые очи рука легка пронзает вены влёт
хоть в шесть утра хоть в полвторого ночи раствору рингера иголкой путь найдёт
марина старше чернокоса круглобока с каталкой ловко объезжает этажи
и напевает мол хотели скушать кока а съели кука да поди же докажи
ирина вредная сливает спирт для мужа зато уж если кто не выжил до утра
она прочтёт молитвы и потужит оплачет будто настоящая сестра
а вот и брат по меду он помаду у всех девчонок тырит втихаря
и хоть похож лицом на торквемаду наркоз ему доверили не зря
он гений в карту чуть заглянет косо пошутит вам-де только б кайфовать
задаст от фонаря два-три вопроса присядет на железную кровать
чуть прикоснется с деловитой лаской к рукам ключице и судьба ясна
впадает в транс на лоб задвинув маску строчит в блокноте шифрограмму сна
хирурги боги но вот этот странный и безобидный в общем фетишист
над всеми словно держит щит охранный или огромный небольничный лист
из тех что за оградой райских кущей растут привольно в лопушиной простоте
но обладают силой всемогущей как травки что пробились при кресте
обход закончен в облаке халатном уходят ангелы в дежурку покурить
всё можно здесь в лечебнице бесплатной не вам бы знать не мне бы говорить
ну операции начнутся в десять что же врачи пьют чай  а главный и не чай
да на здоровье только пусть поможет бери-ка скальпель Боже выручай
так думают жильцы палат скорбящих тела их чуют время как часы
а у окна апоплексичный ящик все верещит рекламу колбасы
и подло жрёт стремление людское увидеть неба синь и торжество
ведь непокой приёмного покоя уже почти преддверие его

 

 

* * *
как случилось не знаю сама
не хотела пришло завертело
обновилось желанием тело
вопреки отрезвленью ума

не пытай словно рыба нема
удивлённо себя озираю
не в раю но в районе подрая
между мемами солнце и тьма

ах запретные яблоки слов
и последняя нежность друг к другу
птицы не улетевшие к югу
вот петля вот и сам птицелов

я себя утешаю сама
что так быстро пройдёт эта малость
ну подумай всего-то осталось
бабье лето и бабья зима

 

* * *
прочитай по губам те слова что не скажет никто никому никогда
ведь тебе это чтенье родной не составит большого труда
прочитай моё горе и трепет молитв по ночам
и ответы врачам
только ты так умеешь наученный ветром российских равнин
бородач сероглазый тверич сын крестьянина христианин
сам не раз рассыпавший страданий калёную соль
прочитай мою боль
кто тебя мне послал знал в целительстве древнем и меру и толк
тёмной кровью кагора молчаньем лиловым букетиком смолк
прочитай папилляры на кончиках пальцев руки
слов и снов завитки
прочитай и забудь на двоих нам дыханье одно не дано
лишь на миг остановят объятия времени веретено
всё равно скоро жизнь в ключ подземный уйдёт пресечась
может быть
вот сейчас

______________________

*смолка – дикая гвоздичка

* * *
да я февралю совсем чужая мне бы моря солнца и тепла
ежегодно зиму провожая удивляюсь что пережила
день за днём я раздвигала стены выходила в шесть изгоев час
а навстречь снежинок сюрикены чиркнув краем по разрезу глаз
чтоб к вискам сужались шаолиньски чтоб в маршрутке все одно лицо
и неслась по улице Неглинской скользкой как гранитное яйцо
мимо «кофемании» пахучей мимо ЦАО пафосных витрин
прихватив с собой на всякий случай пару пирожков и мандарин
чтоб до помрачения рассудка разбирать старинных шрифтов вязь
чтоб понять томясь из суток в сутки кем кому был мой кавказский князь
мой герой семнадцатого века в чьём гербе лежит хитон Христа
львы с обличьями мужчины-человека меч и плеть из бычьего хвоста
понемногу ожили запели взяли сердце как застольный хор
детский свет в стенах Светицховели юность в битвах средь немирных гор
христианский подвиг путь монаха смерть на Пасху славная судьба
и на нём в гробу его рубаха неистленна словно та с герба
уместилось всё на ста страницах житие сausa sui мораль
и теперь мне князь грузинский снится что ж никак не кончится февраль

 

* * *
жизнь сильнее сердечной печали и почти позабыв о вражде
мы сидели и горько молчали никогда ни о чём и нигде
день сиял первомайской открыткой с неба лился молитвенный свет
ну а мы разбирали пожитки накопились за столько-то лет
вот любовь сильно молью побита вот коробка с тяжёлой бедой
ревность чёрный кусок динамита  и отдельно запал молодой
вот засохшие ландыши счастья меж страниц непрочитанных книг
первых ласк уцелевшие части и последний доверия миг
вот измены плита гробовая и презрения чёрный шербет
вот трава что судьбу разрывает от разлучницы-ведьмы привет
вот страдания морок багровый нищета и позор на юру
знаешь что уходи поздорову если не захотел подобру
ничего не отдам вон отсюда ты сутяга так в суд подавай
сотворю себе малое чудо золотой испеку каравай
позову и друзей и не очень раздарю всем любовь и тепло
просидим в разговорах до ночи под Господне забившись крыло
будем пить серебристую водку будем песни старинные петь
украинским кручиниться сводкам и обид пересчитывать медь
и слезами искупим гордыню и словами залечим беду
в семь утра оприходуем дыню я к метро провожать всех пойду
там мы будем смешно обниматься и прощаться как в юные дни
ну же сёстры давайте-ка братцы и в москве растворятся они
я вернусь перемою посуду и пойму замерев у окна
никогда сожалеть я не буду
что прошло
что живу
что одна

 

* * *
воркует дева губоньки раздув
хочу в гурзуф хочу в гурзув в гурзув
там море чище и алей клубника
пьёт чай пуская ясную слезу в
стакан а я сандалики раззув
в московской кухне мастерю тунику
чтоб в ней и в пир и в мир и в клуб и в гроб
и всё так волны подолом ходили чтоб
сверкая синими каёмками по краю
ошибок методом а также дерзких проб
я пополняю скудный гардероб
и слов пайетками на солнышке играю
ах лето жарь томи нас круглый год
чтобы аж выцвел ситцев небосвод
чтоб до последней косточки прогреться
чтобы дозрел планеты древний плод
и золотым покрылся над и под
упал и закатился мне под сердце
таков вот мой измайловский лубок
девчуля гулит словно голубок
а эдак наискось ловушкой тень беседки
и за окном вечерний свет глубок
и видно как смеясь подросток-бог
спасает с дерева кота своей соседки

 

* * *
отличаю белое от чёрного отличаю лебедя от ворона
да сужу частенько сгоряча
в человеке тьмы и света поровну если я встаю на чью-то сторону
у кого-то гасится свеча
о своём бы нарыдаться вволюшку  да молиться без конца за Колюшку
да беречь запечного сверчка
уж пора бы вроде успокоиться  день и ночь передо мною Троица
в самом центре сердца и зрачка
мир исправить скорбная утопия что ж я лезу и ломаю копия
когда след бы слушать зов земли
на пороге смерти и прощания Боже дар смиренного молчания
мне такой безпосульной пошли

image_printПросмотр на белом фоне
avatar

Об Авторе: Наталья Лясковская

Наталья Лясковская — поэт, прозаик, переводчик, публицист. Член Союза Писателей России. Работает в пресс-службе Международного Союза православных женщин. Председатель жюри фестиваля для детей и юношества «Таланты Московии». Родилась в 1958 г. в Черкасской обл. г. Умань (Украина). Закончила Литературный институт им. А. М. Горького (семинар Е. Винокурова). Автор многих публикаций в центральной и региональной прессе, автор нескольких книг для взрослых и детей: «Окно в давно забытый сад», «Душа Наташи», «Сильный Ангел», «Ежиная книга», «Сказки о варежках и бабушках» и др. Живёт в Москве.

5 Responses to “Наталья ЛЯСКОВСКАЯ ● «Сотворю себе малое чудо…»”

  1. avatar Александр Слепаков says:

    Прекрасные стихи. Стихи – истории. Всё о деле, никакой абстрактности. Очень лично, правдиво, красиво. Про маму (обскура кардиа) – современная какая-то балладная форма. Строчки потом всплываю т в памяти: прочитай по губам те слова. что не скажет никто никому никогда… Про отсутствие знаков припинания вообще не хочется говорить, это отсутствие только подчёркивает ясность интонации.
    Не сыскали слова чтобы мир сберечь
    чи скинчилась мова аль иссякла речь
    слова это защитная реакция человеческих существ, слова нужны, чтобы люди не убивали друг друга. Но слова имеют свой ресурс, если слово употреблять для вранья и опять для вранья и так далее, то оно теряет свою силу. вырабатывает свой ресурс и перестаёт выполнять функцию коммуникации. Вот тогда на смену слову приходит палка. Как у дикарей. Мы это видели на майдане и потом. Океан, поверхность которого покрыта издохшими всплывшими вверх брюхом словами. И как человеческим существам выжить в таком океане? Об этом эти две строчки.
    Мне очень нравятся эти стихи.

  2. avatar Надежда Жуковская says:

    Замечательные, очень хорошие стихи. Прочитала на одном дыхании, а потом еще и еще раз возвращалась к ним.Они волнуют. Потому что о жизни, о чувствах, о судьбе. Потому что заставляют задуматься о многом. Потому что написаны талантливо.
    Понято, что все мы разные, у каждого читателя свой уровень познания, культуры…
    А поэтическое слово,как музыка, объединяет людей.
    Не сомневаюсь, что щемящий от боли вопрос автора:
    “…что вам мало хлеба люди-братовья…
    не сыскали слова чтобы мир сберечь
    чи скiнчилась мова аль иссякла речь” –
    хочется сегодня с надрывом крикнуть множеству людей.
    А читая о старом серванте,многие точно вспомнят о своих семейных реликвиях.
    Кто-то о своей судьбе задумается и, может быть, захочет “…молитвой вымыть душу и прильнуть к родным материнским рукам.
    Исповедальность всегда находит отклик в душе читателя.
    У Наталии Лясковской равнодушных читателей не может быть.
    Ждем новых произведений.

  3. avatar Светлана Духницкая says:

    Мне очень понравились стихи. Когда они рождаются от боли, тогда они НАСТОЯЩИЕ, способные вызвать сострадание, заставить заглянуть в собственную душу, задуматься.
    Это и о нас тоже, так как многие строчки созвучны нашей душе. Сколько материнской любви, нежности всего в двух строчках: “Мой сыночек, мой блиночек, ангел милоликий мой”.
    Уверена, что девушки, женщины перепишут себе слова, чтобы ярче выразить собственные чувства, к сожалению, такие:
    “почитай моё горе и трепет молитв по ночам
    прочитай капилляры на кончиках пальцев руки
    слов и снов завитки
    прочитай и забудь
    на двоих нам дыханье одно не дано”.
    ВОСХИЩАЕТ МАСТЕРСКОЕ ВЛАДЕНИЕ СЛОВОМ. Очень богатый словарь.
    Хочется пожелать автору творческих успехов, вдохновения и новых стихов!

  4. avatar Владимир Ильич says:

    Потрясающие душу стихи. Великолепно!
    Мне очень нравится стиль, в котором они написаны, интересная техника с отсутствием знаков препинания – читатель сам расставляет акценты там, где ему удобно.
    Короткое или длинное, каждое стихотворение цепляет за живое, заставляет задуматься и вызывает отклик. Очень впечатляет.
    С удовольствием прочитав предложенное, жду новых произведений!

  5. avatar Валерия says:

    Наталья, Вы – национальное достояние

Оставьте комментарий