RSS RSS

Евгений Минияров. Жизнеописание Наташи

* * *

В деревянном городе мы жили.
Мы к воде спускались по деревянным ступеням.
Мы читали книги о том, как пишутся книги,
как они умирают.

В этом городе мертвые и живые
были попросту неразличимы.
Все часы показывали разное время.
Мы не знали того, что мы живы,

что скрипучая деревянная вечность
потому невзрачна и равнодушна,
что составлена из холодного дыма,
что существует

подобно тому, как в скрипучих тетрадях
существуют слова мастеров превращений
о том, что дерево не умирает,
оно обращается в пепел.

Теперь мы лежим в деревянных гробницах,
и время то появляется, то исчезает.
И кукушка отстукивает наши годы,
и они воистину прекрасны.

Помню, как буквы на деревянных скамейках
в сумерках мы читали на ощупь,
и Наташа улыбалась чему-то.
Больше я ничего не помню.

СЕНТИМЕНТАЛЬНЫЙ МОТИВ

Как звон бокалов полных,
пространство без углов.
Ночной автобус полон
особой атмосферой,
которую он бережно
везет издалека.
Как ложечкой в стакане
чая утомленно
помешивают сахар,
так шуршит дорога
и журчит мотор.
Как елочный фонарик
разглядывают дети,
так согласны мысли
усталых пассажиров.
Все лица, как в театре,
обращены вперед,
где на пустом сиденье
один такой тщедушный
серьезный старичок,
он платком, как колбу,
протирает бережно
апостольскую плешь:
он изображает
пространство без углов,
он осеняет лица
печалью просветленной,
автобус наполняет
особой атмосферой.
Как елочный фонарик,
автобус запоздалый
светится в ночи.

…Вот каждый пассажир
уже в своей квартире,
и каждая жена
его поит остывшим
чайком, а пассажир
ей говорит:  — Такие вот
дела, ну просто черт возьми!

Все огни погашены,
и видно в темноте
слабое свечение —
пассажиры спящие
летят, как стая ангелов,
выстроившись в ряд.
Их тела натруженные
как шмели гудят.

* * *

и опять прикрепился вечер
к моим стеклам снаружи
потому что мне некуда деться
я один и один
и все меньше изобретаю
потому что немногим утешен
и в моем окне только вечер
он приклеился к стеклам как лист осенний
и стоит
вы имеете и умеете
вам дозволено увлекаться
и мечтать о небывалом
слава
удивительным людям
а в моем окне только вечер
а в моем “Ремингтоне” отсутствует
восклицательный знак
я хранитель последней надежды
все отчаявшиеся побежденные
приходили и находили чистым
и прохладным по-прежнему вечер
и лица в него окунали

Потому что так

даль исчезла как близь
как понятное навсегда
привычное небытие
под шорох минут
исчезающее без следа

близь исчезла как даль
распахнувшаяся в себя
в свою привычную ночь
привычное небытие
сгоревшее навсегда

я пребываю здесь
свидетель прозрачных лет
среди ничьих вещей
отцветающих слов
получилось так
как случилось. в этом саду
ветвистых деревьев-лет
сколько б ты ни бродил
со счастливым лицом
или просто так
даль остается здесь
близь бесплотна как дым
нужно смотреть вперед
или назад все равно
нужно возделывать сад
потому что так

Ваза

ты берешь листок бумаги
на котором рисунок вазы
ваза наполнена темным шумом
линий а не лилий
линия стебля обрывается
цветком продолжается
в тишине бумаги
в чистоте мысли
где-то в районе Сатурна

* * *

в воздухе кишат насекомые смыслов
звенит будильник
море — это лишь декорация
вечность — только на время
слова ложатся на бумагу
море отступает
ветер торопливо листает страницы
ища невозможный ответ

ЖИЗНЕОПИСАНИЕ НАТАШИ

Где вы, о где же вы были, вестники,
где вы были, толкователи и летописцы,
когда Наташа улыбалась?

Вы записывали важные сведения деревянными перьями,
в ваших мастерских теперь играют дети,
и Наташа хранит для них ваши свитки,
как букеты диковинных цветов.

А вы помните, как она слушала ваши речи,
как она любила запах мела,
как диковинными цветами покрывались ваши манускрипты,
и как волновались вы, таинственные наставники,
когда она смотрела на вас?

Где же вы были, вычерчивая иероглифы,
развертывая головокружительные орнаменты горьких истин,
развинчивая пружинки аксиом и силлогизмов
с помощью самых точных слов.

О, я знаю, что вас не было здесь в то время,
когда Наташа здесь и тогда улыбалась,
когда параллельные пересекались,
и как же вы были прекрасны, и старцы, и юноши,
и вы были, были.

И вот сейчас, когда уже расшифрован кодекс Хаммурапи,
и реконструированы все дворцы всех аменхетепов,
для чего вы всматриваетесь в завитки наутилуса,
и украдкой слушаете печальные звуки
очарованной пустоты?

Разве для того Наташа трогала эту раковину,
и рассеянно перебирала прочие безделушки,
чтобы они стали экспонатами? или памятью?
или пылью? или драгоценностями?
или, наконец, чтобы они явили свою сущность?
или? или? или?

Или это так, или нет, я не знаю,
я помню, что прямые всегда, всегда параллельны,
о, они только и только параллельны,
и это слишком легко,

и это слишком просто, и это слишком.
И потому мы записываем в наших книгах:
вот жизнеописание Наташи,
вот она улыбалась чему-то
тогда, когда.

Ну так я же знаю, дивные архивариусы,
где вы допустили самую лучшую свою ошибку,
где она лежит, забытая вами,
параллельная самой себе.

Ну вот мы и встретились, чудотворцы,
в нашем праздничном параллельном времени,
где ничто не длится, и книги не написаны,
и Наташа была и ушла.

Ну так я расскажу вам, как воздух великой империи,
как и зафиксировано в ненаписанных еще летописях,
дробился цветными стеклами ее жилища
и расцвечивал ее волшебные сны.

А пока что длится эта вечная пауза,
и мы оставим на это время наши беспокойства,
и я скажу, быть может, еще и об этом,
и Наташа, может быть, улыбнется.

А пока что она мирно почивает в своей колыбельке,
а пока что она в дивном своем  Новосибирске,
а пока что она здесь, на своей жесткой
верхней полке пассажирского поезда,
и ангелы вышивают гладью заоконные перелески,
как узоры ее судьбы.

image_printПросмотр на белом фоне
avatar

Об Авторе: Евгений Минияров

Родился в Новосибирске в 1951 г. Стихи публиковались в журнале «Сибирские огни», в сборнике «Гнездо поэтов» (Новосибирск, 1989), в альманахе «Петрополь» (Ленинград, 1990), в антологии «Нестоличная литература» (Москва, 2001). В 1998 г. в Новосибирске вышел сборник стихов «Ода математической лингвистике». Участник фестиваля малой прозы (Москва, 1998), фестиваля «Культурные герои XXI века» (Москва, 1999). Проза опубликована в антологии «Очень короткие тексты» (Москва, 2000), журнале «Kto zdes’?» (Новосибирск, 2002). Эссе и рецензии публиковались в периодике Новосибирска. Работает программистом.

Оставьте комментарий