RSS RSS

Маквала ГОНАШВИЛИ. «И по шипам пройти, не чувствуя шипов…» Стихи

image_print

Я ощутил душу большого поэта Гонашвили. Мужчины не способны её перевести. Не способен был бы и Пастернак, отлично переводивший грузинскую поэзию. Дело в том, что Маквала явление, а не просто рядовой поэт. Оба перевода Ивановой-Верховской шедевры. "Кровавое воскресенье" почти на таком же уровне. Возможно, и оно должно было быть в женском переводе. Дело в том, что даже у Пастернака, кроме поэзии и всего, что должно быть у большого поэта, не было молочных желез. Вот с кем бы мне хотелось встретиться. Услышать, ничего не понимая, только чувствуя, как она читает свои стихи по-грузински, и сразу прочитать переводы. Мечты…

Пожалуйста, если у Вас есть возможность, передайте многоуважаемой Маквеле Гонашвили, что в Израиле у неё есть почитатель, старик, способный слышать стихи.

                                                                                                                                                                                                                                                                            Ион Деген

ДОЛГ

 

В стране моей, где бережная память
Сильна и укрощает пыл любой,
Где всё проверено и слажено веками,
Быть женщиной — не значит быть собой.
Но, Боже мой, ещё трудней при этом
(Как Грузия верна себе во всём!),
Родившись женщиною, быть поэтом.
И быть поэтом каждым Божьим днём.
Сквозь сплетни, и ухмылки, и наветы
Увидеть, как рассвет из берегов
Выходит, заливая море светом,
И по шипам пройти, не чувствуя шипов!
Одной рукой касаясь колыбели,
Другой — метафор штопать полотно,
Быть верною женой на самом деле
И понимать, что, в общем, всё равно
Не удержать себя в границах этих,
Всё рвётся прочь в погоне за судьбой,
Как бабочка с огнём, играть со смертью
И выиграть неравный этот бой.
Но, не в пример другим, пустым кокетством
Не отогреть мне больше никого,
Когда из темноты повеет детством,
Всей беззащитной мудростью его.
И значит, просто нужно стать богиней,
В ярме между мужчиной и землёй,
А если мужество меня покинет,
Остаться только лишь самой собой.
Не из любви к отеческим заветам,
А просто мне слышнее голос муз;
Родиться женщиной и быть поэтом —
Для Грузии непостижимый груз!

                        (перевод Елены Ивановой-Верховской)

    

ТРИ СЕСТРЫ

  

Меня бросить нельзя, можно лишь потерять
Я успею, успею, успею,
Как волчица, засаду почуяв, порвать
Первой. Только с петлею на шее.
За минуту до края, до входа в метро,
До другой, что уже на пороге,
Стиснув зубы ответить: «Не трогай, не тро…,»
Я тебя позабуду, как многих.
– Да она же не любит, совсем, никого!
Из породы бездушнейших самок. –
Улыбаясь, киваю в ответ головой. –
Ну конечно. Попробуйте сами.
Сердце в клочья и сгусток помады у губ,
И, качаясь, как будто в похмелье,
Неужели и это стерпеть я смогу,
Боже мой, ну ответь: НЕУЖЕЛИ!
Но ни крика, ни стона, шепчу лишь: «Держись!»
Так, что пальцы немеют порою,
И рождественской елью тянусь только ввысь,
За какой-то, там первой звездою.
Канул праздник и вечного счастья игра,
Всех отпетых гостей карнавала.
Будто ель дождалась своего топора
И упала, и пальцы разжала.
Но зеленые иглы пробьются опять,
Улыбнусь, как бывало и прежде.
Одиночество, гордость – ведь нас называть
Стали сестрами, с новой – Надеждой!

                         (перевод Елены Ивановой-Верховской)

        

МОНОЛОГ БОГОМАТЕРИ

 

Зачем меня, смеющуюся, кисть
Запечатлела в звонком майском полдне,
Вам невдомёк, что мы едва спаслись
От воинов, по милости Господней…

Вам невдомёк, как исстрадалась я,
И, ужасом объятая, воочью
Узрела призрак Ирода-царя
В своём окне беззвёздной зимней ночью…

Был сон — блаженством, сын — в грядущем был,
Но я уже оплакивала чадо,
Ему Голгофу Бог-отец сулил,
И — веру, во спасенье душ от ада.

И всё сбылось, и крестный путь свершён,
Мне было б легче смерть принять с Тобою,
Народу — Божий сын, Спаситель Он,
А матери — дитя её родное…

Я бремя всех грехов людских взяла
На рамена. Я с Ним распята вместе.
Мёрз ландыш в небесах и ждал тепла,
Слеза была ему благою вестью.

Луч освещает тропку. Тонок он,
И крест, и жертва — Божий сын распятый…
От плача моего деревьев стон, —
Не от ветров, не от грозы раскатов.

И если время близится бедой,
Да будет вам в час горький, человеки,
Заступниками — Сын, страдалец мой,
И Бог-Отец, и Дух Святой — вовеки…

                   (перевод Владимира Саришвили)

 

*  *  *

Похоже, я стала стареть. Чуть чего — и реву.
И дни пролетают как будто в два раза скорее.
У зеркала встану — а в нём моя мать наяву…
О, Господи, это же я! Как я быстро старею.
Гляжу каждый день в календарь — и всё время грущу,
мне кажется, в нынешней жизни ускорилось что-то.
Наверно, старею. иначе, зачем я ищу
для будущей книги своё институтское фото?
Старею, старею… Уже привыкаю к врачам.
простила обиды врагам, себя мыслями грея
о том, что спокойно могу теперь спать по ночам,
ни их, ни судьбу не ругая… Конечно, старею.
И лишь иногда, когда в город ко мне погостить
приедет порой моя мама без предупрежденья —
за тысячей дел я теряю привычку грустить
и вновь превращаюсь в девчонку, себе в удивленье.
А мама целуется с внуками, пьёт сладкий чай.
Мы с ней говорим о знакомых, о счастье, о горе.
Но даже вполслова, но даже на миг, невзначай,
она не коснётся отца моего в разговоре.
Он умер давно. (Все мы канем однажды во мгле!)
Он был, как и все, не бессмертен. и жил очень мало.
Я раньше считала, что знаю всё-всё на земле.
Но жизнь пролетела — а что в ней я толком узнала?

                                                     (перевод Николая Переяслова)

 

ПОСЛЕ ЗЕМЛЕТРЯСЕНИЯ

              

Я представляла тебя скалой –
И нежные травы твоего подножия
Собирали живые капли росы,
А змеиный яд на страстной неделе
Переставал быть смертельным.
Я представляла тебя ветром –
И твои легкие наполнялись
Песнями одиночества и печали.
Я представляла тебя деревом –
И твои ветви взлетали
Вслед за птицами, чьи гнезда
Так бережно ты хранил.
Я представляла тебя солнцем –
И твои лучи согревали замерзшую душу.
Иногда я представляла тебя
Страшным сном субботнего вечера,
Но все заканчивалось счастливым пробуждением
На следующее утро.
Ты был милосердным, как Бог,
Печальным, как облако,
Дарящим надежду, как дождь,
И вечным, как слово,
Потому, что я обрела тебя
На этой земле, заставив страдать
С собой вместе, страдать и молиться.
Но теперь, когда первая трещина моей веры
Обрушила скалы, безжалостно засыпав меня обломками,
Я теряю тебя. Я исхлестана твоим дождем,
С твоих ветвей падает гнездо
Полное надежд, слез и тоски.
Ты грозен и беспощаден, как Бог,
Как бродячее облако, ты безразличен,
И твоим гневом изрешечены мои поля.
Ты исчезаешь, как слово, брошенное напрасно,
И зеленый, бесконечный свет
Слепит мне глаза и убивает надежду.
Из вечных снов я не вижу выхода,
Я пережила свою любовь и возлюбила ненависть.
Я прокляла Создателя,
Прокляла землю, небо,
День и ночь!
Куда мне идти теперь,
Когда вокруг только ветер,
Который и сам не помнит
Своей дороги?
Куда идти?

(перевод Елены Ивановой-Верховской)

           

*  *  *

Твой роман со стихами
Выходит за край
Дома, улицы, города
Зала
Восхищенные взгляды
Все просят – Читай!
Ты читала, читала,
Читала…
Все любили, и ты
Отвечала им всем.
Только он в стороне
Оставался
Этот праздник толпы,
Этот зов, этот плен
Шел по кругу и вновь
Повторялся.
Но когда вдруг заплакали
Колокола,
И закрылись последние
Двери,
Собрались рядом те,
Для кого умерла.
Только он не пришел –
Не поверил.

                       (перевод Елены Ивановой-Верховской)

Интервью с Маквалой ГОНАШВИЛИ читать здесь.

avatar

Об Авторе: Маквала Гонашвили

Маквала Гонашвили — грузинский поэт. Родилась в 1959 г. в Цители Цкаро (Кахетия). Окончила факультет журналистики ТГУ. Автор 20-ти книг — поэтических сборников и пьес для детей. Стихотворения переведены на английский, болгарский, итальянский, украинский языки, а также на языки стран Балтии. Работала редактором на грузинском телевидении, редактором детской газеты на английском языке "Хелло, бэби!"; являлась вице-президентом Академии им. Сулхана-Саба Орбелиани. С 2004 г. по настоящее время является председателем Союза писателей Грузии. Лауреат премий им. Ильи Чавчавадзе, Галактиона Табидзе и Анны Каландадзе.

One Response to “Маквала ГОНАШВИЛИ. «И по шипам пройти, не чувствуя шипов…» Стихи”

  1. avatar Моисей Борода says:

    Сердечно благодарен президенту Объединения Русских ЛИТераторов Америки, великолепному поэту, литературоведу, Вере Зубарёвой за публикацию подборки стихотворений Маквалы Гонашвили – поэта исключительно яркой драматической направленности и с другой стороны -глубоко лирического. Незадолго до ухода из жизни Иона Лазаревича Дегена я послал ему стихотворения Маквалы. Для меня было огромной радостью получить его ответ-отзыв о стихах Маквалы – тот отзыв, который опубликован выше. – Моисей Борода, член СП Грузии и Междунар. Гильдии Писателей

Оставьте комментарий