Не привыкай к зиме, пускай она повсюду –
рождественской звездой, узором на стекле,
у дома и в лесу – не привыкать же к чуду,
пускай оно бежит поземкой по земле.

Придумай, для чего из дома выйти ночью:
на лестнице стоять и слушать тишину,
смотреть, как липнет снег на ягоду сорочью,
как шапкой тяжело ложится на сосну.

Зависнет мир на миг, подвешенный как-будто,
и нитку тишины порвет собачий лай,
но к этой красоте, продлившейся минуту,
застигнутой тобой врасплох, не привыкай.

 

* * *
Вроде бы ночь как ночь: снегопад нелётный
снова Москву сбивает с ритма весеннего,
но отчего-то стало тепло и щекотно
где-то чуть ниже солнечного сплетения…

Вроде бы голос прежний, не слишком нежный,
жалкий десяток слов соскребает с радости,
чтобы сплести их в сетку из рифм падежных,
но становлюсь уловом легко и с жадностью.

Вроде, не первый раз замело по окна
– эта зима на редкость выдалась зимняя –
только опять едва успеваю охнуть,
как на себя срываю твою лавину я.

Вроде бы ночь как ночь, и не слишком звёздно,
и от луны на стенах вижу лишь тени я,
но отчего-то пахнет уже мимозой
и горячо от солнечного сплетения…

 

* * *
Вот стол овальный без углов,
вот скатерть с неподшитым краем,
вот мы на краешке снегов
по крошкам зиму собираем.

А крошки тают на руках
и растекаются сквозь пальцы,
и снег, разбитый в пух и прах,
ещё пытается цепляться

за локти ивы и ольхи,
за старой яблони колени,
за трав соломинки сухих,
постеленных в ногах сирени.

А нам, сидящим у стола
друг против друга, а не рядом,
ни локтя нету, ни угла,
и не за что цепляться взглядом.

 

* * *
На третий день, в окошко обнаружив
внезапное движение реки,
вокруг голубоватой рыхлой лужи
уселись терпеливо рыбаки,

и ты, проснувшись необычно рано,
скользя на льдом покрывшихся мостках,
по-моему, уже немножко пьяный
идешь со щукой пойманной в руках.

Я удивляюсь щедрому улову,
порывистому ветру за окном,
и твоему полуденному слову,
за солнцем заплывающему в дом.

Укутанные плечи и колени,
дымок из кружки, вьющийся плющом…
Все сбудется по щучьему веленью,
а как еще, как может быть еще?

 

* * *
Возвращаться. Узнавать дорогу,
каждый куст сиреневый обнять,
к запахам знакомым понемногу
запах свой подмешивать опять.

Проводить рукой по полке книжной,
сдвинув шторы, наблюдать в окно,
как на сером небе неподвижном
облако становится луной.

Кофе пить, прикуривать от спички,
удивляться разным мелочам,
даже тем, которых по привычке
раньше никогда не замечал.

Начинать не с первого абзаца
старый перечитывать роман.
Изучать науку возвращаться,
забираясь с пледом на диван.

Это будет вторник, нет, суббота,
день пройдёт, неделя, целый год…
Возвращаться можно, если кто-то,
на часы поглядывая, ждёт.

 

* * *
Поживём ещё, потому что солнце,
потому что ноги сухие в кедах,
и последний минус ночной придётся –
если верить гуглу – на эту среду.

Поживем, загадывая помногу,
не стесняя образности желаний,
ничего не зная – и слава Богу –
друг о друге в личном необщем плане.

Разбирая старые фотоснимки,
где стоят в обнимку чужие люди,
и не важно, где мы бывали с ними,
и не страшно то, что уже не будем.

Но для тех, кого узнавать не сложно,
закипает белая пена вишни,
и возможно, мамин рецепт пирожный
к сентябрю придётся совсем не лишним.

Доживём до спелости или дольше,
потому что лето не за горами,
а за лесом, ландышами заросшим,
за ветвистой ивой в оконной раме.