RSS RSS

МАРИЯ ВАТУТИНА ● ТОЛЩА ВРЕМЁН

image_print

* * *

 

покуда не треснула толща времен

и звездами бездна полна

всегда повторяется этот закон

в тебе отступает война

 

война иссякает как боезапас

в глубинах нейронных складов

война выползает как нечисть из нас

по воле усталых фронтов 

 

ночная пехота и эта и та

впирается в млечный покой

и хочется лайкнуть в окошке поста

врага

                     непослушной рукой 

 

ну что побузили и хватит айда

кровавый заканчивать квест

но скольких же нам не вернуть никогда

когда нам война надоест

 

 

*  *  *

                                    Памяти Б. А.

 

Вчера я долго на светило

Смотрела, не сводила глаз.

Меня лишь к ночи отпустило,

И я раздумьям предалась.

 

Я поняла в той точке моста,

Что ближе к звездному венцу:

Служить поэзии так просто,

Как служат сыну и отцу –

 

Не получая доказательств,

Не потакая чудесам,

Не исповедуя издательств

Любви к бульварным словесам.

 

О! Это – женское занятье,

О! Это – женская печать:

Плод непорочного зачатья

С вселенской болью источать.

 

В неведенье жить невесомом

Над мутной вечностью реки,

Где спуск сливается с подъемом,

Мостостроенью вопреки.

 

 

 

*  *  *

 

Было чем заняться вроде,

Но ждала моя фреза.

В ожидании Володи

Проглядела я глаза.

 

Словно с неба, где фонтанчик

Радужных предчувствий бьет,

Я ждала, когда мой мальчик,

Меж домами промелькнет.

 

Отложив стихописанье,

Мне вмененное судьбой,

Я ждала мое созданье

В куртке ярко-голубой.

 

День стоял морозный, бездный,

С первой снежной пеленой.

И заказчик мой небесный

Улыбался надо мной.

 

 

*  *  *

 

Ничего, что про меня забыли,

Не зовут, не плачут. Я уже

Попривыкла быть основой пыли,

Словно книжка в дальнем стеллаже.

 

Просто закрутились в проволочке,

Просто темным взглядом повели.

Я вон там в тенечке, в уголочке,

На высокой полочке Земли.

 

Вышли из дверей толпою громкой,

Где уж, где там помнить про меня.

Что ж, и я пойду отсюда кромкой

Длинного торжественного дня.

 

Иноверка тем, и этим – выкрест,

Механизм для записи стихов,

Говорю же, я с пустыней свыклась,

Мой удел и должен быть таков.

 

 

К СОРОКАЛЕТИЮ МОЕГО ПЕРВОГО СТИХОТВОРЕНИЯ

 

До меня и не было мира, но вот появилась я.

Посадили деревья, вспенилась полынья,

Полетели птицы по небу, а до этого был стоп-кадр.

Здравствуй, мир мой – поэзия, и остальной театр.

Сорок лет назад что-то клюнуло, бздынкнуло, понеслось.

Нашептал, шепнул щепетильный бог, шепелявый дух:

Собирай людей под свои знамена, иди насквозь,

Морда кирпичом, грудь колесом, вся – слух,

Пролагай надежду между морских громад,

Полагайся только на свой язык, на гортанный свод.

Он не то, что до Святой земли и золоченых врат,

Он, не к ночи сказано, до Киева доведет.

 

Сорок лет я училась поступи гоминид,

Сорок лет лелеяла буквы, катала во рту слога.

Оказалось, столько нас по пустыням-то гомонит,

Что знаменам нашим тесно уже слегка.

Слушать – некому! Сыплется манна, да мимо рта,

Расступается море, а радости ни черта.

Что же делать, ангел мой, всякий в пустыне наг.

Что ж делать, ангел мой, всякий в пустыне нем.

И преследует по пятам язык мой враг…

И разверсто небо звездное надо всем.

Сорок лет я это небо в себе ращу.

Сорок лет в пустыне рифму домой ищу.

 

 

 

*  *  *

 

И жаждешь жизни, словно юный грек,

И стыдно плакать, словно римской крале…

В ближайший месяц приземлится снег

На европейской стороне медали.

А ты все хочешь счастливо зажить,

Для сорока срокóв ища отсрочки.

Наладить лыжи и лыжню сложить:

Две длинные рифмованные строчки.

И покатить. Да будет нежен он,

Безмолвный снег в лесу дневном и белом!

И чтобы – звон! Такой лилейный звон

Над сетью звуков в мире оголтелом.

И как ты над судьбой не колготись,

Поймешь – коль скоро время межевое –

Что без любви здесь можно обойтись,

Когда зима, и замерло живое.

Чтоб – жить не больно. Чтобы – по лыжне.

Чтоб о любви и помышлять не смела.

Ах, только бы пришла зима ко мне,

Ах, только бы душа заледенела.

 

 

 

*  *  *

1.

Береги меня, береги

От мостков у ночной реки,

От русалочьей злой тоски,

От надломленной от доски.

 

Дальше, в темень, наискосок

Удаляется огонек.

Оглянись: там, где стык дорог,

Я осталась – не чую ног.

 

В этот чуждый дегтярный мрак

Я входить не могу никак.

Кто-то дышит оттуда так,

Что не в силах я сделать шаг.

 

Спят баркасы и барсуки,

Спят лабазы и рыбаки.

Я домой поверну, домой,

По настилу над вечной мглой.

 

Буду просто и ясно жить,

На веревках белье сушить

Да по банкам стрелять в лесу,

Чтобы ухало на мысу.

 

Буду светлую благодать 

В подпол на зиму закрывать.

Мне в житейских делах никак

Мировой не поможет мрак.

 

2.

Скороспелый ледок на речке,

Занесенный метелью плёс.

Надо мной не держали свечки,

Кто по свечке потом принес.

 

Ну, и я не хвастлива, дескать,

Самой высшей ценой жила.

Что мне с выжженным сердцем делать,

Что имела – все отдала.

 

А тому, как спасала эту,

Наводненную жизнью гать – 

У меня свидетелей нету,

Я не знаю, как доказать.

 

avatar

Об Авторе: Мария Ватутина

Окончила Московский юридический институт (1992), Литературный институт им. Горького, факультет «Поэзия», семинар Игоря Волгина (2000). Член Союза писателей России с 1997 года, в 2012 году перешла в Союз писателей Москвы. Юрист. Выпускающий редактор журнала. Автор книг стихов «Московские стихи» 1996, «Четвертый Рим» 2000, «Перемена времен», «Русский двор» «Девочка наша», «На той территории», «Ничья», «Цепь событий». Лауреат Волошинского конкурса 2004 г., дипломант 2006-2007 годов, Лауреат премии «Заблудившийся трамвай» 2007 г., 2 место, СПб., Лауреат второй премии им. А.А. Ахматовой 2009 год, Лауреат специальной премии «Московский счет», 2009 год, Лауреат премии «Antologia» журнала «Новый мир», 2009 год. Лауреат Международной Волошинской премии, 2011 год. Лауреат Бунинской премии за 2012 год. Лауреат премии журнала «Октябрь» за 2012 год. Диплом за лучшую книгу 2014 года премии «Московский счет». Живет в Москве.

Оставьте комментарий