RSS RSS

ЛАДА ПУЗЫРЕВСКАЯ ● МЫ – БУДЕМ!..

image_print

ЛАДА ПУЗЫРЕВСКАЯ

ТАНЦЫ НА ПЛАЦУ

 I.

Поправив звёзды, рухнувшие ниц,

раскинув над вселенной руки-реки,

Бог растерялся – странные калеки

украдкой смотрят в небо из бойниц

закрытых окон. Страшно, человеки?..

На славу, видно, роковых яиц

восстав из пепла, Феникс снёс. Вовеки

не угадать, кто нищий тут, кто – принц.

Все преуспели в танцах на плацу –

нет слуха, но хотя бы – чувство ритма.

И пусть разит торговлей их молитва,

пусть им везёт, как в карты – подлецу,

всё – до поры… По воинам – и битва.

Всё – до поры… Но каково – Творцу?..

 

II.

Достанет Бог надежды из петлиц –

«Я их дарил на память разве?.. Но

в любой цепи есть слабое звено –

и это – ты… Подобных мастериц

в искусстве нарушения границ

я не встречал уже давным-давно»

Полусухая полночь, как вино,

затопит  мой родной Аустерлиц –

холодный город вечных сквозняков,

где русские дороги – смерть подвеске,

где вечны на заборах, словно фрески,

послания потомкам – дураков –

о том, что мир, подвешенный на леске,

войны не лучше – без обиняков.

 

III.

И усмехнётся, не смывая грима,

но временно сменив репертуар,

из подворотни беженец – Икар:

«Да не умрёшь ты, не увидев Рима

и Город на воде — туда, вестимо,

ведёт и этот грязный тротуар,

и все пути-дороги, но в разгар

сезона не ходи – неумолимо,

проступит из воды Армагеддон

сквозь мусор переполненных каналов,

Рим сам своих не вспомнит идеалов,

а колокол Сан-Марко сменит тон

с молитвы — на набат… И Рима – мало.

Рим Риму рознь, как песне – обертон…»

Представь себе вечер, свечи.

Со всех сторон – осьминог.

Немо с его бородой и с глазами голубыми,

как у младенца.

Сердце сжимается, как подумаешь,

как он тут одинок… © Иосиф Бродский

 

IV.

Венеция… Сон, набранный курсивом – затем,

чтобы запомниться, наверно.

И жизнь, и смерть, до жути соразмерны,

застыли в реверансе терпеливом,

и мир глядит на танец суеверно

в безумии своём благочестивом…

Течет вода скупым речитативом

туда, где автор «Нового Жюль Верна»

всё так же ищет капитана Немо…

Или – не ищет?.. Нас у Бога много,

потерянных впотьмах у осьминога,

А по воде протоптана дорога

на остров мёртвых, там Иосиф… Где – мы?..

Никто не ищет нас. Все ищут Бога.

 

V.

А под водой идёт на дно незримо

блистательная вечности тоска –

так смутное предчувствие виска

становится подчас неумолимо…

Не оглянувшись, проплывают мимо

открытых окон рыбы-облака – туда,

где сны сбываются пока –

к рассвету, где пока мы исцелимы.

И Лета тоже, стало быть, река,

раз дважды не… А что здесь не случайно?..

Наш выбор между вискасом и кофе?..

Асфальт сродни истоптанной Голгофе,

когда смотреть на нас издалека

и исподлобья… Остальное – тайна.

 

МЫ – БУДЕМ!..

Тебя не узнать невозможно –

по вздоху, по взмаху,

мятежному взмаху – держись!..

– плавников. Или крыльев?..

Так падают в небо,

так сны провожают на плаху,

так в ночь отпускают

бесстрашную певчую птаху,

так шепчут в бреду предрассветном:

мы – были!..

Мы были

податливей и безмятежней – как глина.

Смиренней.

Швыряли горстями слова и надежды,

что бисер –

известно куда… Собирали, сдирая колени

подводные камни в любви утонувших прозрений.

Мы были мудрее –

не ждали ни песен, ни писем

от канувших за амальгаму нестойких видений.

На дне – преломляется свет.

И на тысячу радуг

могло бы хватить нам с тобой…

Не устав от падений –

не выплыть, не вынырнуть и

от настойчивой тени

не скрыться –

от наших вчера, выгребающих рядом.

Не стоит подмётных желаний,

моя золотая,

наш дом из стекла,

за которым – уснувшие люди.

Что лёд, что вода – всё едино,

согреешь – растает.

И всё возвращается в море,

волной прорастая

сквозь илистый сумрак сомнений,

сквозь шепот: мы – будем…

Ты как там, Авель?..

Опасная, напрасная игра –

уж образы нам образов милее.

Слова-шары, гирлянды, мишура –

уводят карнавальные аллеи

нас из бездарно прожитых вчера.

Ты как там, Авель?.. Я уже, болею.

А ты ещё не?.. Мир из-под ресниц

взметнувшихся –

пустынный, горький, мокрый,

лишённый славы странствующий принц,

рассвету он уже не смотрит в окна,

да и в глаза – о Боже, чтоб ты сдохла,

Кассандра, обречённая на блиц!..

Ты помнишь, в детстве, выпуская птиц,

мы думали, что будут – благодарны?..

Да знать бы нам, что с неба – только вниз.

Отпущены…

Отлучены?..

Бездарны

в полёте, среди слов чужих и лиц,

они теряют крылья от удара –

пощёчиной распахнутая даль

кого б манила…

Потерпи, Создатель –

последняя, сдаётся мне, скрижаль.

Где брат твой, Каин?..

Падает на скатерть

тень, прожигая, и совсем не жаль.

Где брат твой, Каин?..

Нам пора, приятель.

 

БОЛЬШАЯ ВОДА

1.

Вода, кругом вода – Нева больна,

проспекты – цвета белены и льна,

и нет следов, и не ищи, простыла

на сквозняке сенном и не вольна

накрыть тебя бесстрашная волна,

но вот она, опять, заходит с тыла,

где сам себе – и зодчий, и вандал,

ты ищешь город, где везде – вода,

осевший горизонт сорвало, вспорот

и млечный путь – а ну-ка, совладай,

за тридевять такой звенит валдай,

что эхо плавит провода… А город

бликует ли, блефует ли – спроси,

кто вертит дождь вокруг своей оси,

в залив сливая сточные цитаты?.. –

но столько безымянных хиросим

горит в объятьях оловянных зим,

что и атланты подались в солдаты

за пригоршню не-ломаных грошей,

пусть стаи рифм, гонимые взашей

к большой воде причастным оборотом,

блажат взахлёб, их к делу не пришей,

и так с избытком вырыто траншей,

а вот гранаты раздают – по лотам.

Кораблик твой из сводки биржевой

не выдержит – да тише, тише, Ной,

накличешь, часом, новую хворобу –

так кроет Питер хлёсткой тишиной

вода – беда… Ты сам-то как, живой?..

Все не войдут, не вывезти, не пробуй.

 

2.

Урони в эту воду что-нибудь – хоть слезу,

хоть монету – да разницы нет, не дрогнет

безмятежное невское олово – там, внизу

не подставит никто ладонь; ни дорог нет,

ни каких-то других, неведомых нам путей,

только дно там – темно, как на поле брани

ихтиандра и тени – без сумеречных затей.

Раньше дно было небом, теперь – собрали

по осколочным бликам-отсветам, по лучам

витражи составляем вновь – слой за слоем

проступают слова, но их нет кому получать

в эпилоге, что проще звать – предисловьем.

Расскажи-ка мне лучше, в чьих и куда свезут

протекающих лодках нас – чей здесь берег,

если тот, кто нас держит задумчиво на весу,

ни в потоп, ни в потом, ни в себя не верит?..

Вот и тянем-потянем время, что тот бурлак –

на песочке зыбучем шаги чеканим…

Только ты не сдавайся и крепче сожми кулак,

спрячь его от меня, если – сможешь… Камень.

 

3.

Вода воде, живая – мёртвой, рознь,

раз аш два о состав кому-то важен,

в такой потоп любую рифму брось –

зальёт стихами из небесных скважин,

но мы не скажем

ни слова в проливной заветный свист –

гони волну, сквозняк, чумной и шалый,

заплечных снов восставший vis-а-vis –

он бьет на пораженье, не на жалость,

не отражаясь

в расширенных зрачках пустых зеркал,

спина к спине, шаманят в шатком танце

паломники поломанных лекал –

их так учили – не метать, метаться,

так жжет metaxa

сведенную до верхних нот гортань

ночных бродяг, не дочитавших списка

ушедших кораблей – чуть ближе встань

и посмотри – нет, это слишком близко,

и не без риска

забыть проснуться – город, весь в огне,

дрейфует в ночь и, сколько ни тони мы,

не бросят трос – ни зги, ни лодок – не

протянут рук владельцы пантомимы,

неутомимы

в привычке разводить к утру мосты,

в убыточной торговле камуфляжем,

нас не простят, да не дадут остыть –

дороговато станет эта блажь им…

Но мы – не скажем.

avatar

Об Авторе: Лада Пузыревская

Родилась в Новосибирске, выросла на Дальнем Востоке, жила в Тынде, Новокузнецке, Санкт-Петербурге, по разным причинам и поводам успела объехать почти всю страну и полмира, но всегда возвращалась домой. В 1995 году окончила факультет менеджмента Новосибирской Государственной Академии экономики и управления. Стихи писала всегда. Автор трех книг: «Маэстро полуправды невсерьез» (2004, Новосибирск) «время delete» (2009, Санкт-Петербург), «Последний десант» (2010, Таганрог). Публиковалась в журналах «Сибирские огни», «Новосибирск», «Нева», «Эдита» (Германия), «Камертон» (Иерусалим), в различных сбониках и альманахах. Член Международного Союза Писателей «Новый Современник».

6 Responses to “ЛАДА ПУЗЫРЕВСКАЯ ● МЫ – БУДЕМ!..”

  1. avatar Борис Кокотов says:

    Дорогая Лада,
    Рад встретить Вас в Гостиной. Мне ваши стихи всегда нравились, и в этой подборке Ваша интонация безошибочно узнаваема.
    Мой поклон и пожелание творческих успехов
    Борис

  2. Ладушка! Старые стихи всё так же свежи и актуальны, время над ними пока не властно. Как замечательно, что обилие рифм не сковывает твою творческую свободу! Ты так замечательно рифмуешь, что верлибры тебе попросту не нужны. “Мы будем” – словно бы отвечает лично мне на какие-то мои строки. “Покуда гости пили чай, бы всё же были, были, были…” Списибо тебе! Верю в тебя. Саша.

  3. avatar lada_dol says:

    Борис, спасибо! Рада Вас слышать и рада, что помните. И мой поклон )

  4. avatar ЛК says:

    замечательно

Оставьте комментарий