RSS RSS

avatar

Эмиль Сокольский

Эмиль Сокольский – писатель, литературный критик. Родился в Ростове-на-Дону. Окончил геолого-географический факультет Ростовского государственного университета. Автор публикаций об исторических местах, литературоведческих очерков и рассказов. Печатался в журналах «Аврора», «Дети Ра», «Дон», «Берегиня дома твоего», «Встреча», «Донской временник», «Журнал Московской патриархии», «Зинзивер», «Московский журнал», «Музыкальная жизнь», «Научная мысль Кавказа», «Наша улица», «Подъём», «Природа и человек. ХХ век», «Слово», «Театральная жизнь», а также в сетевых журналах «МОЛОКО», «Новая реальность», «Плавучий мост», «Relga», в альманахах «Отечество», «Эолова арфа», в газетах «Литературная Россия», «Литературные известия» и «Независимая газета».

Эмиль Сокольский: Публикации в Гостиной

    Эмиль СОКОЛЬСКИЙ. Книжный обзор.

    ОТРАЖЕНИЯ

          

    Валерий Земских. Бог сидит за пулемётом.

               

    Валерий Земских. Бог сидит за пулемётом.

    СПб. – М.: «Русский Гулливер», 2017

     

    Сколько ни читал Земских (а у него пятнадцать книжек!), всегда сомневался в том, что он как-то связан с прочей литературой – да и вообще с кем-либо. Он словно бы существует отдельно от всех, в своём пространстве, и разговаривает только с этим пространством. «Всё понятно / Даже то, что непонятно», – так можно объяснить его язык; то есть – понимать ничего не нужно, нужно видеть, чувствовать, вспоминать, представлять, думать о чём-то, брать на заметку, записывать… Что-то проносится мимо, что-то мелькает, мерцает, проплывает, покоится, – и всё это нужно ухватить, зафиксировать; вплоть до собственного состояния или настроения. Чем и занимается ежедневно, ежечасно Земских. При такой интенсивной восприимчивости нужно, наверное, иметь крепкую нервную систему, или попросту быть флегматиком. Валерий Земских – всегда ровен, спокоен, слегка задумчив и полностью отстранён от раздражителей из социального мира. По крайней мере, в стихи он никой напряжённости не впускает; может лишь обозначить некий итог проблемного происшедшего, – итог, окрашенный философской невозмутимостью:

    Читать дальше 'Эмиль СОКОЛЬСКИЙ. Книжный обзор.'»

    Эмиль СОКОЛЬСКИЙ. Книжный обзор. Ирина Машинская, Виктор Каган, Ярослав Пичугин, Игорь Силантьев, Алексей Ланцов, Елена Семёнова

    ЛИЦО ВОДЫ

    Ирина Машинская. Делавер.

    Ирина Машинская. Делавер.
    М.: «Книжное обозрение» (АРГО-РИСК), 2017

    В начале книги – справка из «Британики»: Делавер – река, которая частично является границей между штатами Пенсильвания и Нью-Йорк. Именно в том краю и живёт автор. Одноимённый цикл стихотворений помещён на одной из последних страниц; всё предыдущее словно бы готовит нас к нему. Вода, волна, речные приметы не раз встречаются у Машинской, – видимо, выступая символами течения жизни, текучести, «утекаемости» её, а с другой стороны – символом спокойствия, тишины, вечности, памяти как бессмертия: стихи будто покачиваются на зыбкой поверхности широкого водоёма, они негромки и грустны. а как ещё можно говорить об ушедших – своих родных и близких? Их тени я вижу на протяжении всей книги. «Когда человек умирает, начинается новая с ним жизнь…»; «И потом научаешься обходиться без человека / без словечек его / без примочек привычек…»; «Ты снился мне / смотрел и улыбался / И как при жизни было непонятно / о чём нам говорить…»; «Тот кто умер домой не летит в самолёте со мной / он вернётся, но только отдельно летит / как ни в чём не бывало встречает /и до смерти рад раскрываемым рамам…» Но разговор поэт ведёт не только о своих утратах; в обращённых к дочери строках она выражает всю глубину своей любви, глядя в неизбежное будущее – то есть глядя на себя глазами родного человека.

    Читать дальше 'Эмиль СОКОЛЬСКИЙ. Книжный обзор. Ирина Машинская, Виктор Каган, Ярослав Пичугин, Игорь Силантьев, Алексей Ланцов, Елена Семёнова'»

    Эмиль СОКОЛЬСКИЙ. Мини-рецензии

     

    НА СВЕТЛЫЙ МОТИВ

     

    Андрей Коровин. Детские преступления.

    М: «Воймега», 2015

     Андрей Коровин. Детские преступления.

    Коровин – из числа открытых, радостных, можно даже сказать – из числа счастливых современных поэтов (увы, это число невелико…) Его стихи заряжают здоровым чувством жизни, которая всегда в движении, всегда переполнена событиями. Книга «Детские преступления» – пожалуй, самая светлая, и особенно благодаря её первой части, которая называется «Переизбыток любви». Здесь речь не о восторге (восторг имеет внешнюю природу и он преходящ), – речь о глубине. Поэт пишет стихотворение за стихотворением не в озарении, не в состоянии нашедшего на него вдохновения. Он пишет, словно бы решив, что пора подобрать музыкальный мотив к своим воспоминаниям, – вернее – к тому, что живёт в нём всегда, – живёт и сохраняет в нём лучшее: способность к восприятию мира по-детски незамутненным взглядом, – к восприятию мира будто каждый день в п е р в ы е.

    Читать дальше 'Эмиль СОКОЛЬСКИЙ. Мини-рецензии'»

    Эмиль СОКОЛЬСКИЙ. Книжное обозрение. Игорь Волгин, Андрей Василевский, Ольга Андреева

    «Я СЫМИТИРОВАЛ СТИХИ…»

    Игорь Волгин. Персональные данные.

    М., «Время», 2015

     

    Широко известный специалист по Достоевскому, историк – да ещё и поэт? Точно: вышла книга стихотворений, приведены отзывы известнейших людей. «Я заждался стихов, которые были бы так блистательно созданы» (Евгений Евтушенко). «Игорь Волгин – один из лучших поэтов своего поколения. И щемящий звук этих стихов напоминает нам, что поэзия, по слову Жуковского, есть “Бог в святых мечтах земли”» (Евгений Рейн)… Что ж, высказывания мэтров – лучшая рекомендация. Но по прочтении этой книги я позволю себе добавить и своё скромное мнение.

    Очевидно, что стихи Волгина безупречны по форме, автор – сторонник классической традиции стихосложения; строгий ритм не допускает сбоев, рифмы точны, темп энергичен. Вечные темы: судьба человека – его прошлое и настоящее, дружба и любовь, радости и печали. Прозрачность смыслов, простота языка, лёгкая взволнованность тона. Отдавая должное техническому мастерству автора, уже на пятой-шестой странице я задаюсь вопросом: а в какое время всё это написано? В пятидесятые годы? В семидесятые? Возникает большое желание как-то расшевелить, расшатать, взлохматить волгинские строки, – уж слишком они гладкие, отутюженные, словно пример идеального чистописания.

    Читать дальше 'Эмиль СОКОЛЬСКИЙ. Книжное обозрение. Игорь Волгин, Андрей Василевский, Ольга Андреева'»

MENUMENU