RSS RSS

ЖАННА ЖАРОВА ● ПЕРЕВОДЫ ИЗ РОБЕРТА ФРОСТА

image_printПросмотр на белом фоне

ЖАННА ЖАРОВАПАН

Пан вышел из лесов, седой и хмурый, –
Седой, как мох, свисающий понуро
Со старых стен; седой, как волчья шкура, –
    Под солнцем он стоял, глядел окрест
    На просеку, холмы и дальний лес.

 

Дул ветер. Он стоял, свирель сжимая,
Владения с вершины озирая, –
Простёрлась перед ним земля нагая;
    Ни крова, ни дымка в краю забытом.
    Да будет так! – и топнул он копытом.

Здесь мир его души не нарушал никто:
Пустынны пастбища пологого плато –
Вот разве забредёт охотник, а не то
    Заглянет по воду детишек стайка,
    Которым не понять лесные байки.

И вскинул он свирель, но слишком тяжела
Она для песни мира нового была,
И не достичь высот, где тает взмах крыла,
    Где соколиный клич и синей сойки страх
    Гармонией лесной звучат в его ушах.

Менялись времена – ушло, что было.
Утратила свирель и власть, и силу.
Где волшебство, что к жизни пробудило б
    Куст можжевельника, чей плод засох?
    Ведь ныне звук её – как ветра вздох.

Свирель сильна языческим весельем,
А мир обрёл иных достоинств зелье…
Он пал на солнцем выжженную землю,
Вдаль поглядел, сорвал и смял цветок –
Играть? Играть? – Что он сыграть бы смог?

 

ОГОНЬ И ЛЁД

Кто скажет – землю сгубит пламя,
Кто скажет – лед.
А мне знакомство со страстями
Велит быть с теми, кто за пламя.
Но если дважды мир убьет
Людская ненависть и ложь –
Я думаю, для смерти лед
Вполне хорош
И подойдет.

 

ПУТЬ  К  СЕБЕ

Мне бы хотелось, чтобы эти дерева
Могучие  – их ветер лишь едва
Качнёт – сменили скорби тёмное убранство
На крон разросшихся бескрайнее пространство.

И пусть меня однажды не удержит страх
Навек исчезнуть, затеряться в тех лесах
И не найти в листве просвета и тропы,
Где месят медленно колёса пыль судьбы.

Не думаю, что я когда-нибудь вернусь.
А те, кому я здесь и вправду нужен, – пусть
Последуют за мной в неведомого морок –
Узнать: мне дороги они, как я им дорог.

Они поймут – я тот же, но лишь в большей мере
Уверился во всём, чему был прежде верен.

 

НЕИЗБРАННАЯ  ДОРОГА

Две дороги уходят в желтый лес.
Жаль, я не смогу по обеим пройти.
Гляжу на одну сквозь листьев навес
Туда, где за поворотом исчез
В густом подлеске конец пути.

И та, другая, ничуть не хуже,
У неё на меня не меньше прав:
Травой заросла – ей бы путник нужен,
Проторит её, кто с дорогой дружен,
И прав я буду, её избрав.

И обе в то утро, как сёстры, лежали,
Никто в их листве не оставил следа.
О, завтра пройду той, что выбрал вначале!
Хотя понимаю – дорога едва ли
Позволит мне снова вернуться сюда.

Я рассказывать буду,  грусть не тая,
Листая года и судьбу итожа:
Две дороги лежали в лесу, а я –
Я пошёл по менее людной, друзья…
Вся разница в этом была, похоже.

 

НОЯБРЬСКАЯ  ГОСТЬЯ

Когда со мной моя Печаль,
Ей мил дождливый тёмный день 
И пастбищ сумрачная даль,
Тумана сизая вуаль
И призрачных деревьев тень.

Её велений не постичь.
Она диктует – я пишу:
Ей в радость птиц прощальный клич
И страж лесной – угрюмый сыч,
И чащи заунывный шум.

Её простая седина
Сверкнёт старинным серебром…
Земли забытой тишина
И мне желанна и нужна –
Её хочу уверить в том.

Я не вчера узнать был рад
Любовь нагих ноябрьских дней,
Когда лишь завтра – снегопад.
Печаль… Нет лучшей из наград!
Но как поведать мне о ней?

 

ВЕТЕР И ЦВЕТОК НА ОКНЕ

Вот повесть о влюблённых,
Судьбы простой урок:
Он – ветер заоконный,
Она – в окне цветок.

Когда узор морозный
Растаял по весне
И в клетке жёлтый кенарь
Спел песню на окне,

В цветок влюбился ветер,
Но, мимо пролетев
С разгону,  вновь вернулся
Под вечер в темноте.

А был он ветром зимним,
Знал только снег и лёд,
Пургу, увядший вереск,
Но не любви полёт.

И он вздыхал и бился
О стёкла что есть сил,
Тому свидетель каждый,
Кого он разбудил.

Поверил он, что сможет
Мечтой её увлечь –
Лететь сквозь ночь из дома,
Где жарко греет печь.

Но отвернулась молча
Она – а наш бобыль
Свою печаль с рассветом
Унёс за сотни миль.

Так поклонись, влюблённый,
Судьбе любви иной:
Она – цветок оконный,
Он – ветер ледяной.

 

СМЕХ  ДЕМИУРГА

Это было в глухой монотонности чащи;
Я бежал так беспечно, преследуя Духа,
Хоть и знал, что мой Демон – не бог настоящий.
Звук невнятный внезапно донёсся до слуха
В час, когда предзакатный смеркается свет:
Я всё слышу его, хоть прошло много лет.

Он звенел впереди или вдруг за спиною,
Словно бес в кошки-мышки игрался со мною:
Равнодушный и сонный, то реже, то чаще
Раздавался смешок или шёпот дразнящий.
Демон праха и страха из начала начал –
Понял я слишком поздно, что тот смех означал!

Мне вовек не забыть, как мой Демон смеялся.
Я себя проклинал, что так глупо попался,
И замедлил шаги, притворяясь в смущеньи,
Будто что-то ищу – но моё униженье
Демон вряд ли заметил – он быстро исчез.
Я очнулся – вокруг тот же лес до небес.

 

ДОМ  ПРИВИДЕНИЙ

Живу в одиноком пустынном дому,
Исчезнувшем многие лета тому.
Лишь стены подвала хранят его след –
Подвала, где дня уходящего свет
Погаснет, и всё погрузится во тьму.

Для дикой малины нет больше преград,
Руины ограды оплёл виноград;
Вернулись леса на некошеный луг,
И пёстрого дятла доносится стук,
И в рощу разросся запущенный сад.

И сердце порою так странно болит
В обители сирой от мира вдали,
Где машет крылами лесной нетопырь,
На месте забытой дороги – пустырь,
И жабам на ней не купаться в пыли.

К колодцу давно не пройти за водой,
И часто под вечер кричит козодой.
Я издали слышу его в вышине –
Он важное что-то торопится мне
Сказать – и стрекочет, нарушив покой.

Не знаю, кто делит пространство со мной,
Едва освещённое тусклой звездой, –
Толчётся  бесшумно безрадостный люд:
Здесь их имена меж корнями живут
В камнях и под мшистою склепа плитой.

Без устали, медленно движется рать…
В компании славной мне век вековать!
Вот пара одна – это он и она,
Их песни немые поёт тишина.
Что ж – с ними неплохо, по правде сказать.

ПОЗДНЯЯ  ПРОГУЛКА

По жухлой мураве, по скошенной траве
И убранным полям,
Покрытым, как слезой, тяжёлою росой,
Иду к пустым садам

С листвою, павшей ниц. Тревожный гомон птиц,
Взлетевших из-под ног
Из вялых сорняков, звучит печальней слов,
Что я сказать бы мог.

Деревья у стены стоят, обнажены.
Один последний лист
Замешкался, дрожа, – но вот и он, кружа,
Слетает плавно вниз.

Пора домой идти. Нарву в конце пути
Наперекор судьбе
Последних астр букет, как след минувших лет,
И принесу тебе.

ОКТЯБРЬ

О ты, Октябрь тишайший мой!
Твоя листва готова пасть.
Назавтра ветер грозовой
Готовит пасть.
Над рощею – вороний грай;
Назавтра птицы улетят.
О ты, тишайший мой Октябрь!
Пусть медленней часы стучат!
Продли короткий этот день.
Сердца надеждой обмани –
Они ведь этого хотят.
Сбрось на рассвете первый лист,
А в полдень сбрось второй легко
С деревьев, что одно вблизи,
Другое – где-то далеко.
Туман, укрывший солнце, мглист;
Под ним земля, как аметист.
Повремени!
Ведь холодом обожжены
Лишь листья виноградных лоз.
Да не погубит их мороз –
Лоз винограда вдоль стены!

avatar

Об Авторе: Жанна Жарова

Одесситка. Инженер. Окончила Одесский политехнический институт. Работала в проектных институтах города - «Инжпроект», «Гипроград», «ЧерноморНИИпроект» (в последнем - более 20 лет). Занималась автоматизацией промышленных и гражданских объектов. Писать стихи начала в достаточно зрелом возрасте - приблизительно в 1995 г. Автор сборника стихов «Море и небо» (Одесса, 2007 г.).

One Response to “ЖАННА ЖАРОВА ● ПЕРЕВОДЫ ИЗ РОБЕРТА ФРОСТА”

  1. avatar Мурад says:

    В каком году опубликованы эти стихи? Подскажите, пожалуйста.

Оставьте комментарий