RSS RSS

СЕРГЕЙ СУТУЛОВ-КАТЕРИНИЧ ● ЛЮБИТЬ И СМЕТЬ, ТВОРИТЬ И СМЕТЬ! ● СТИХИ

image_printПросмотр на белом фоне

СЕРГЕЙ СУТУЛОВ-КАТЕРИНИЧКаламбуры бытия

…сто зим разбазарил во имя Твоя.
Сто лет растранжирил на лживых наложниц.
Процесс пития – как эксцесс бытия:
Конечно, нельзя! Бесконечно – не можно…

Ай, лю́ли-люли, замели феврали
И пасхи, и плёсы, и пьесы, и песни…
Эх, люди-рубли под статью подвели
И чёрные доски, и красные пресни.

Жалейка жужжит, запугав соловья.
Нежнейшая нота в ночах запропала.
Мираж пития? Метрапанж… жития:
Уже – через край, но – безжалостно мало.

Ах, лешие-ведьмы, родимой земли!
Лучисто-нечистая сила, воскресни,
Чтоб люди-нули, покидая кремли,
Кормились на доллары луковых пенсий.

Мундир сентября на тулуп января
Не глядя меняет дрожащий художник.
Абзац букваря – как эрзац янтаря.
Глинтвейны царя и портвейн на рогоже.

Ой, сказочки-сказки… Гвидон на мели.
Фандорин – соавтор «Федорина горя»?!
Ковры-самолёты сомлели в пыли.
Алиса – весталка зеркал забугорья.

Ковыль – в колее. Ни коня. Ни копья.
Чужая судьба до озноба тревожит.
Абсент бытия – как процент вытия.
Три слова сразят: позабудь меня тоже!

Заложник зачатья, язык прострели!..
Рифмач, пересмешник, паяц, греховодник,
По Млечной реке проведи корабли,
В которых чудят опечатки Господни.

Минор ноября? Ля мажорна заря.
Пируют Печорин, Чигорин, Тригорин…
Аккорд блатаря на мотив кобзаря –
Про белую церковь и синее море.

…сто зим и сто лет разоряешься зря!
Баллада, проблеяв, откинет копытки.
Форсаж пития – эпатаж бытия.
Конечен финал – бесконечны попытки.

2013, 5–7 февраля

 

АЗБУКА МОРЗЕ

                                                    Наталье

Задумчива вечность. Беспечна случайность.
Скучает причал, приручённый прибоем.
Отчаянны чайки. Нечаянно счастье,
Которое мы повстречали с тобою.

Классический парус. Банальные фильмы
Наивные парни упрямо снимают.
Но ромбом ныряют за скалы дельфины,
Которые только тебя понимают.

Обманчиво солнце, сжимаясь в песчинку,
Оно заночует в зелёном заливе…
А день, умирая, изыщет причину
Ещё раз воскреснуть зимой – в негативе.

Мы вечность молчим. Ты вздыхаешь печально:
В пучине исчезло твоё Лукоморье…
Вода бесконечна. Вода изначальна.
И звёзды дрожат, словно Азбука Морзе.

Космический якорь лукавые черти
Над грешной землёй серебром начищают.
А боги рассветы старательно чертят
И людям монеты восходов вручают

Забывчива вечность. Беспечна случайность.
Но ты не забудь и не выдай секрета
Такого случайного вечного счастья,
Такого короткого долгого лета.
 
1999, август

 

ЗА КАРМОЙ БОЛИ…

Ядрёному словечку грех угоден.
Мудрёное споткнулось о крылечко.
В начале было слово, но – Господне…
Причастием сверчок частит за печкой.

Причастны черемшины и черешни,
Скворешни и орешники причастны
К решимости «орла» поддаться «решке»,
К наречию «чудно» и чуду счастья.

Причастием перчённые печали,
Наречием крещённые пространства…
Гримасничают чеховские чайки:
Полцарства – за эксцентрику пацанства.

В начале карамельного романа,
Под занавес судьбы, за кармой боли:
Любовь живёт до первого обмана…
Карамба! Карнавальны карамболи.

Записывай, уездный Заратустра,
Какие неожиданные мысли,
Какие удивительные чувства
Над числами и вислами зависли.

Над пропастью во ржи – ужели лажа?
Машук дуэльный. Обморок Провала.
Полцента – за акценты эпатажа!
Смертельны карамболи карнавала.

Принцессе, кабальеро и ковбои, –
Нарциссы, гиацинты, цикламены…
Елена, упоительны любови!
Изида, омерзительны измены.

Крещендо! Стекловидная текила
Размолвки разлинует на разлуки.
Эскудо – за эстетику дебила.
Могила – над молчанием старухи.

Манжеты обожжённого сюжета –
Пожалуйста, Лука, без Лукоморья!
На сцену приглашается Джульетта –
И магия любви над магмой горя!

2012, 11–15 июня

 

АККОРД

К утру обычно крепок сон.
В ночи гораздо чётче звук.
Никак не могут в унисон
Душа и тело, милый друг.

Восход. Закат. Закат. Восход. –
Неумолимый лейтмотив.
Восторг. Печаль. Печаль. Восторг. –
И нет других альтернатив.

Ты полз и полз на Эверест…
Вчера – герой, сегодня – бомж.
Приходишь к лучшей из невест:
Сюжет паршив, как тухлый борщ.

К утру особо сладок вздох.
В ночи точней звучит размер.
Ты так устал от верхней «до»:
Рыдай и смейся, добрый сэр.

Полным-полна, пустым-пуста
Твоя сума – и день, и век.
Шестая заповедь Христа
Важнее тьмы библиотек.

Стокгольм столик. Высокий штиль.
«Good day, старик!» – «My friend, привет!»
Ах, как изящно пошутил
Однажды Нобель – хитрый швед.

К утру сомнителен успех.
«Ты – гений!» – ночью шепчет Змей… 
Давай поднимем тост за тех,
Кто выше, чище и смелей.

Восход. Закат. Закат. Восход.
Рефреном – жизнь. Рентгеном – смерть.
Возьми всего один аккорд:
«Любить и сметь, творить и сметь!»

1999, 1 июля

о любви – без попурри!
•    рассказ для небольшого сюжета

                                                 Михаилу Анищенко

…поэт орал, и плакал, и молился,
и каялся, и пил, и быдлом был,
но женщина прощала: «без милиций…»,
она его любила: «будь любым –
тиранящим, покладистым, похмельным,
оболганным, освистанным, святым,
квадратным, треугольным, параллельным,
оборванным, расхристанным, тупым,
гламурным, гениальным, безрассудным,
пророком, прокурором, сорванцом,
безвизовым, бессонным, беспробудным,
алхимиком, бухариком, творцом,
Касперским, Козаковым, Квазимодо,
Кулибиным, Каспаровым, Кюри,
котярой, крокодилом, козьей мордой,
но, милый мой, люби – без попурри!..»

Апостолы! Поэт заезжей музе
Со сцены посвятил пустой сонет:
«Италия. Болезненность иллюзий…»
И женщина растаяла – в рассвет.

Поэт кричит – ранимая не слышит…
(О музах при французах повторим?!)
Прошепчет он – родимая в Камышин
Примчится, проклиная гордый Рим.

2011, 23 января

 

ТУТ КАЖДЫЙ БЫЛ ШУТОМ И КОРОЛЁМ…

Великое искусство – пить  чаи:
Потеть, сопеть, таская самовары…
Тоску по золотистому аи
Разменивать на треньканье гитары.

Подробности забудутся. Пустяк –
Чаинка на зубце резного блюдца…
Наука самоварничать – грустя,
Соседу ненароком улыбнуться.

Мгновения лукавства и любви.
Ах, рожицы пузатого уродца…
Великое искусство – визави
Подначивать: «Водица из колодца».

Весёлый бесшабашный хоровод
Варенья, плюшек, фантиков, печенья…
«Ещё ведёрко!» – «Дел невпроворот…» –
«Гречишный мёд…» – «Останусь до вечерней…»

Услышав краем уха: «Не кури!»,
Молчанием гасить косые взгляды…
И невпопад поддакивать: «Кюри –
Мария, Пьер, распады – как награды…»

Два профиля, смещённые лучом,
Бликуют от расплавленного солнца…
Искусство посудачить ни о чём
У крохотного круглого оконца.

Сумей дождаться розовой зари
В компании друзей и самоваров…
Наука откровенно говорить
Не требует священных мемуаров.

Тут каждый был шутом и королём:
Паясничал, печалился, чудесил…
И если мы нечаянно умрём,
То в чае замечательно воскреснем!

…И, сутки продержавшись на пари,
На годы уберечься от искуса –
До одури чаевничать – творить
Пустое, но высокое искусство.

2000, 29 марта

 

САМЫЙ ЖЕСТОКИЙ РОМАНС

Прошла любовь – остались папиросы.
Скрижальные сюжеты перепеты.
Вопросы – полупьяные матросы.
Ответы – полумёртвые поэты.

Закаты и рассветы – полукровки.
Бульварные романы – на экране.
Полковнику вульгарной поллитровки
Хватает и для бани, и для Тани.

Прошла любовь – осталась самозванка,
Пацанка полудикая из ВГИКа.
Зардевшийся профессор импозантно
Засранку представляет: «Эвридика!»

Столицы и станицы – полурифмы
Распроданной страны полураспада.
Курильские подбросив логарифмы,
Куражится кавказская засада.

Прошла любовь – остались апельсины.
Бессильны манифесты полутрёпа.
Полковнику приснятся зины в Зимнем,
Профессору – прелестница Европа.

На доллары святого профсоюза
Оплаканы, оболганы, отпеты
Союза несговорчивые музы,
Советов непутёвые поэты.

Пройдёт любовь – останутся романсы
Фатальные, без титульных фамилий.
Пасьянсы, преферансы, мезальянсы
Под полушёпот: «Господи, помилуй…»

2010, 25 ноября

 

ОЖИДАНИЕ ЧУДА       

Фраза-призрак, отведав свободы,
Колесит по морям-океанам:
«Я любил Вас…» – зеркальные своды –
«Я губил Вас…» –  соврут окаянно.

Полувсхлип… Несказанное имя
Умыкает «Голландец Летучий», 
И заветные звуки другими
Заменяет угодливый случай.

Он любил вас, Елена, Лаура,
В шалашах, кабаках, лазаретах…
Он губил вас, пророк и придурок,
Растворяясь в неверных рассветах.

Ожидание чуда едва ли
Обернётся двойным интересом:
Дульсинея тиранит Идальго,
И Наталья флиртует с Дантесом.

Фраза-призрак у глотки Босфора   
Поперхнётся внезапным озоном.
… Кинолента скупого повтора
Замерцает пунктиром зелёным.

Полувскрик… Бесконечны догадки:
Пенелопа? Ирина? Надежда?
Он любил вас, прекрасный и гадкий,
Он губил вас, жестокий и нежный. 

«Я люблю Вас!» – на берег Тамани
Выбегает застенчивый мальчик.
Он не знает, что море обманет,
Как и та, что в тумане маячит.

«Ты убил мя!..» – прибой Сахалина
Повторяет чужие печали.
И седая русалка Марина
Опустевшую шлюпку качает.

2001,25-31 декабря

 

За-рассветный редсовет
•    сонет: 40 лет спустя

              Воланду ни слова о Любви!
              Сергей Сутулов, 1969

Господи, у Спаса-на-Крови
Первую любовь благослови!
Жертвую магический сонет –
Ты меня услышишь или нет?..

Ноты переврали соловьи.
Ангелы осипли – се ля ви…
Сорок сороков и сорок лет
Длится за-рассветный редсовет.

Господи, любовь благослови –
Позднюю, абсурдную, послед…

Около Собора-на-крови
…дню́ю, Вечность чуя, мрачный дед:
Воланду ни слова о Любви!

Молния январская – в ответ.

1969–2009

 

ЭЛЕГИЯ ФА МИНОР                          

Из печального далека
Долетело эхо разрыва –
Удивилась наивная ива,
Занавеска качнулась. Слегка.
И вальяжные облака
Кувырком покатились по склонам,
Оживляя пейзаж заоконный,
Отутюженный на века.

Изумрудные вензеля
Разыщи в отсыревшей сирени,
Где мерцает в плену светотени
Призрак серого соловья…
Это – мы, это – ты, это – я,
Испугавшись внезапного эха,
Растеряли жемчужины смеха
Безмятежного бытия.

Одиночество ледника,
Потревоженное случайно
Зычным криком и свистом тайным
Волоокого старика?!
Или домысел дурака:
«За горою закат догорает –
Это значит: война умирает,
Умирает наверняка…»?!

2001, 10-20 мая

 

СКАЗКА О ЗОЛУШКЕ, ЛЕБЕДЕ И ЗОЛОТОМ КЛЮЧИКЕ   

Золушка! Приснился Голливуд?..
Двор одесский дразнит резедой.
Бабушки легенду переврут,
если ты окажешься звездой.

Русская – по матери… Отец
славился цыганской бородой,
бражничал на ТЭЦ, ругая «КЭЦ»,
праздновал гитарный разнобой.

А на Дерибасовской сто лет
мальчик под каштаном ожидал.
Ты летала – мимо! – на балет.
Выпорхнула  прямо на вокзал…

Мачехе ни слова. У отца
новая в Чернобыле семья…
«Щукинка» и право отрицать
мальчика, ковбоя, Щукаря.

Милая! На Ленинских горах
Лебедя кормили лабудой…
Станет Велимиром вертопрах,
если ты окажешься судьбой!

А на Дерибасовской – дожди.
Чёрная над Припятью теплынь.
Лгут пятиконечные  вожди.
Рухнула в ковыль звезда Полынь…

Вольная невольница столиц,
время прорицать и порицать,
милуя кузнечиков и жриц,
цербера казня и подлеца.

Буквица магических икон,
красная пречистой простотой…
Сгинут Кот Базилио и Кº,
если ты окажешься святой.

А на Дерибасовской – метель.
В Каннах фестивалит муженёк…
Лирик очумелый – личный Лель? –
лучшую балладу перепёк…

Ражий оператор прорычал:
«Время прозревать и презирать!..»
Правнуки кровавых  янычар
вырежут страницы «Кобзаря».

…Сказку рассказал, а быль сумел
выменять на Ключик Золотой…
Высохнут чернила, вспыхнет мел,
если ты окажешься не той…

Сентябрь 1978,  декабрь 2008

 

СЕМЬ ЗВЁЗД

Студент. Студентка. Рождество.
Ожог судьбы. Дрожат тюльпаны.
Семь рыжих звёзд в бокал упали.
Шесть грёз в тетради – шесть стихов.

Дипломы. Танец «поплавков».
Мираж метели. Тополь древний.
Семь синих звёзд горят на рейде.
Пять снов небесных – пять грехов.

Сентябрь. Лукавство. Сватовство.
Капризы роз. Сумбур обмана.
Семь пьяных звёзд – на дне стакана.
«Четыре года – псу под хвост!»

Весна. Восторги васильков.
«Прощён…» – «Святая…» Свадьбе жарко!
Семь юных звёзд порхают в парках
Три ночи – стайкой светляков.

Любовь. Интриги двойников.
Работа. Дети… «Мы – в Париже!»
Семь ясных звёзд на нитку нижут
Две жизни вечных дураков.

Старик. Старуха. Рождество.
Улыбки тень. Озноб свирели.
Семь мудрых звёзд уже согрели
Один денёк и сто веков…

2002, 22 января-1 февраля

 

«ЧЁРНЫЙ КВАДРАТ» И БЕЛЫЙ АИСТ

Как обычно, не хватает положительных эмоций –
и фонариков Китая, и фантазий Карло Гоцци…

Эта чёрная полоска наплевала на тельняшку,
на морозец кисти Босха и пятнистую дворняжку,
на ментальные интрижки и миндальные коврижки…
Солнце сланцевое плоско в цепком клюве альбатроса.

Каламбурит модератор виртуально и брутально:
«…три карата – три пирата – три заката… трио тайны…»

Эта чёрная полоска, чает Ангел, много шире
жирной лужи миргородской и шоссейки на Каширу;
Сатана приватно спорит, что она – пасть Преисподней…
До-ре-ми – без отголоска: помяни прах Холокоста.

Хулиганит «хали-гали» на окошке у чухонца –
фестивалит мальчик Гарри, умирает мальчик Моцарт…

Эти белые полоски улыбаются азартно
из-под санок эскимосских (эскимо и спирт – на завтрак!),
из-за «Чёрного квадрата» (Казимиру – три карата
из короны альбиноса, остальные – ранним  росам!)

Папироска папарацци – украшение крюшона:
раздели на восемнадцать фарс кремлёвского офшора…

Эта белая полоска (осевая, без пунктира!) –
церковь, озеро, берёзка, ну а в небе – реактивна
параллельная пороша: наше будущее – в прошлом…
Октябрятская матроска впору внуку, матка Боска.

Альфа, бета, гамма – в точке бесконечности. С чего бы?!
Улетает  с чёрной строчки белый аист – на Чернобыль…

2006, 1-6 августа

 

ИРОНИЯ БОГОВ,
ИЛИ ПРЕДЧУВСТВИЕ СОНЕТА

Вы вспомните его – по скомканной улыбке,
По синему кашне и спорной ноте «до»…
Потешный старикан чирикает на скрипке,
Кивая пятакам тинейджеров и вдов.

Пророчил и блажил у призрачного мола
И рифмы раздавал… А царский золотой,
В ладошку завернув, дурашливо промолвил:
«Награда, Ангел мой, за точность и за тон…»

Окликнуть? Освистать? Спросить о звездочёте,
Которым был скрипач? И памятью зрачка
Террасу воскресить и парусник нечёткий…
Но ищет талисман неверная рука.

Замызганный бульвар пронзит осколок солнца,
И звякнет золотой о горстку медной лжи…
Заученный поклон – старик не обернётся.
Пророчества сбылись: стихи, как миражи.

Ирония богов? Причуда пилигрима?
Мгновение – и Вы ныряете в метро,
Твердя его сонет – о мнимых величинах,
Загадывая свой – о бешенстве миров…

2001, 23-25 сентября

 

КИННОР* ПОЛУВЗДОХА: АДАМ И СОЛОХА

Студентка из ВГИКа. Солоха. Дурёха.
Этюд полувскрика. Этюд полувздоха.

На слове «сердечно» фальшивила малость.
Казалась беспечной. Конечно, казалось…

Тиранил девчонку мосфильмовский мастер:
– Забудь про сгущёнку и прочие сласти!

Судьба-невезуха – банальность дебюта.
Сюжет? Бытовуха… Банкет – без салюта.

Адам-однокурсник шептал в Ашхабаде:
– Родной Беларуси готовиться к свадьбе?!

Из Азии – в Питер… То – джинсы, то – юбка,
То – блузка, то – свитер, то – Жанна, то – Любка… 
 
Ожоги блаженства: Серова, Орлова…
Кино полужеста. Кино полуслова.

Блазнилась Европа. Дразнилась Мазина.
Россия – синкопа**. Солоха – разиня.

Рыдает шутиха***. Страдает деваха.
Сезон полупсиха. Театр полустраха.

Не будет актрисы – богиня устанет
От душной кулисы и пошлых вздыханий.

За шаг до успеха. Усохла эпоха.
Театр уехал. Осталась дурёха.

Беспечная вечность с плеча улизнула.
Фатой подвенечной утёрлась грязнуля…

Вопрос (без ответа) – в программе Адама:
Страна – альфа-бета? страна – бета-гамма?!

Ответ дирижёра – в синхроне «Кинора»****:
– Струна ля мажора – в стране ре минора…

Из драм и комедий случился сценарий.
– На Каннский поедем? Розарий – в гербарий?

В петлице – гвоздика… Солоха-эпоха…
Кино полувскрика. Киннор полувздоха…

________________________________________________________

*Киннор – древнейший струнный музыкальный инструмент, родственный лире. В переводах Библии на русский язык он иногда называется «гуслями», иногда – «арфой». Киннор – самый первый инструмент, упомянутый в Книге Бытия.

**Cинкопа (с древнегреческого – обрубание, отсечение): обморок – приступ кратковременной утраты сознания, обусловленный частичным нарушением мозгового кровотока; в музыке – смещение ритмической опоры с сильной доли такта на слабую; в лингвистике – выпадение звука или группы звуков в слове; в стихосложении – пропуск фонемы или слога.

***В мифологии и фольклоре русалка / шутиха / купалка / водяница / лоскотуха – существо, преимущественно женского пола, связанное с водоёмами. Считается родственницей Мавки.

****«Кинор» – название линии/серии профессиональных киносъёмочных аппаратов, выпускавшихся в СССР для нужд кинематографа и телевидения.

2013, 15–17 февраля

© Сергей Сутулов-Катеинич, 1999 – 2013.

avatar

Об Авторе: Сергей Сутулов-Катеринич

Поэт, главный редактор Международного поэтического интернет-альманаха 45parallel.net // «45-я параллель». Родился в Северном Казахстане — живёт и работает на Северном Кавказе. Вторую часть фамилии взял в память о матери. Член Русского ПЕН-центра, Союза российских писателей, Южнорусского союза писателей и Союза журналистов России. Стихи Сергея С-К включены в антологии «Дикороссы. Приют неизвестных поэтов», «Свойства страсти. Русские поэты ХХ века», «Русская поэзия XXI века», «45: параллельная реальность», «Талисман», «45: русской рифмы победный калибр», «Белая акация», «5-й угол 4-го измерения» и в ряд других «соборных» проектов. Ввёл в литературный оборот термин «поэллада» (от слов «поэма» и «баллада»). Автор девяти книг стихов, включая «Дождь в январе», «Азбуку Морзе», «Русский рефрен», «Ореховку. До востребования», двухтомник «Ангел-подранок». Широко публикуется в российской и международной периодике. Лауреат премий, конкурсов, фестивалей: «Золотое перо Руси» (Москва), «Серебряный стрелец» (Лос-Анджелес), «Редкая птица» (Днепропетровск), «Эмигрантская лира» (Брюссель), имени Петра Вегина (Лос-Анджелес), Константина Бальмонта (Мельбурн), Германа Лопатина (Ставрополь) и др. Лауреат в номинации «Поэт-подвижник Русского Безрубежья» (Филадельфия). Награждён медалью ордена Святой Анны и орденом Святого Станислава Российского Императорского дома (Мадрид) — за заслуги перед российской культурой.

2 Responses to “СЕРГЕЙ СУТУЛОВ-КАТЕРИНИЧ ● ЛЮБИТЬ И СМЕТЬ, ТВОРИТЬ И СМЕТЬ! ● СТИХИ”

  1. avatar Владимир Ерошин says:

    Уважаемый Сергей! Как всегда превосходно!

  2. avatar Сергей С-К says:

    Дорогой сосед по Кавказу!
    Как всегда, кратко. И, не скрою, приятно…

Оставьте комментарий