RSS RSS

Выпуск: 2022

Виктор ЕСИПОВ. «Царь» или «Князь»? К истории публикации стихотворения «Анчар»

Известны два пушкинских автографа стихотворения, черновой и перебеленный, под последним стоит авторская дата: 9 ноября 1828 года. А впервые стихотворение опубликовано в «Северных цветах на 1832 год» в конце 1831 года под названием «Анчар, древо яда». Опубликовано в следующей редакции:

В пустыне чахлой и скупой,
На почве, зноем раскаленной,
Анчар, как грозный часовой,
Стоит — один во всей вселенной.

Читать дальше 'Виктор ЕСИПОВ. «Царь» или «Князь»? К истории публикации стихотворения «Анчар»'»

Евгений ГОЛУБОВСКИЙ. Прощай, свободная стихия! Бродский и Пушкин

Читатели знают, что вынесенная в заголовок хрестоматийная строка – начало элегии Александра Пушкина «К морю». Как одну из самых трагических в русской поэзии переосмыслил и процитировал ее И. Бродский в стихах «У памятника Пушкину в Одессе». Биография Бродского пишется. Издана книга Льва Лосева в «ЖЗЛ», два тома интервью И. Бродского, множество мемуарных свидетельств. Надеюсь, не обойдут вниманием историки литературы и короткую одесскую страницу, ведь именно в нашем городе поэт ощутил острую, я бы сказал, пушкинскую тоску по свободе…

Читать дальше 'Евгений ГОЛУБОВСКИЙ. Прощай, свободная стихия! Бродский и Пушкин'»

Вера ЗУБАРЕВА. Пророк постпушкинской эпохи. О новой книге Ефима Бершина «Мёртвое море»

Ефим Бершин «Мёртвое море»Большая поэзия отличается от малой не только глобальностью явно или подспудно затронутых тем, но и образом лирического двойника поэта (термин Ирины Роднянской) или, как его ещё принято называть, лирическим героем. В поэзии новичков или авторов средней руки поэтическое повествование скорее напоминает стихотворные излияния от лица самого автора. Писатель высокого калибра, будь то поэт или прозаик, генерирует, прежде всего, своего художественного двойника, который является не маской, а собственной художественной проекцией на художественное зазеркалье, в котором тени идей преображаются в живые образы. Это не он сам, хотя биографические моменты вполне могут присутствовать, и чем их больше, тем ближе повествователь к понятию «двойник». Но даже и в этом случае двойничество условно, поскольку, во-первых, автор не в состоянии выразить всего себя, а во-вторых, это не является его художественной задачей.

Читать дальше 'Вера ЗУБАРЕВА. Пророк постпушкинской эпохи. О новой книге Ефима Бершина «Мёртвое море»'»

Ефим БЕРШИН. Стансы

СТАНСЫ

1

Бог живёт на краю Иудейской пустыни у самых ног
молодой верблюжихи.
И её золотое тело,
как закатное солнце, на тёплые камни село,
освещая дорогу идущему.
Здравствуй, Бог.
Хорошо ли жить, отойдя от дела?

Читать дальше 'Ефим БЕРШИН. Стансы'»

Вера Зубарева. «И обходя моря и земли». Вступительное слово

Поэт в России — больше, чем поэт.
В ней суждено поэтами рождаться
лишь тем, в ком бродит гордый дух гражданства,
кому уюта нет, покоя нет.

Поэт в ней — образ века своего
и будущего призрачный прообраз.
Поэт подводит, не впадая в робость,
итог всему, что было до него.

Читать дальше 'Вера Зубарева. «И обходя моря и земли». Вступительное слово'»

Евгений ГОЛУБОВСКИЙ. Ему снился Чаплин. О Романе Карцеве

роман карцев и виктор ильченко20 мая — день рождения Романа Карцева.

Не знаю, кто служил примером для Вити Ильченко.

Догадываюсь, что ориентиром для Миши Жванецкого служил не Ильф, не Олеша, не Катаев, а …Чехов

А для Ромы Карцева высшей планкой был Чарли Чаплин

Книга у Романа Карцева — вторая его книга — «Приснился мне Чаплин»

Читать дальше 'Евгений ГОЛУБОВСКИЙ. Ему снился Чаплин. О Романе Карцеве'»

Игорь СИДОРОВ. Из пушкинских будней

Весной 2021 года была завершена последняя книга «Хроники жизни и творчества А. С. Пушкина». Закончилась основная работа многих последних лет, и возникло ощущение опустошенности – что же дальше? – Пушкин умер. Через некоторое время понял, что не всё сказано. В течение работы над «Хроникой», к ее концу, я уже «жил» вместе с Пушкиным. Но это не могло войти в строгое научное издание. Так появились «иллюстрации» к отдельным дням его жизни.

Читать дальше 'Игорь СИДОРОВ. Из пушкинских будней'»

Марина КУДИМОВА. Пушкин как вид нищенства. Глава из книги «Кумар долбящий и созависимость. Трезвение и литература». — СПб.: Алетейя, 2021. С. 700

Дело происходит в электричке. Ничего удивительного. Электропоезд – единственная зона свободы (ничего себе сочетание!) жителя мегаполиса и пригорода. Время в дороге – единственное в полном смысле свободное время, присвоенное, украденное у жизненной обязаловки. Конечно, и тут есть свой мытарь – контролер. Но если ты взял билет, то можешь чувствовать себя почти счастливым и во всем правым. Поездные нищие давно классифицированы и распяты в гербариях газетных полос. Новизна жанра здесь – редкость. А где, собственно, она встречается чаще? Писать пора не о тех, кто просит, а о тех, кому и за что подают. Были такие грустные стихи: «Мы разучились нищим подавать». Разучились, потому что почти все – нищие. Подаем, потому что корыстны: самим, того гляди, завтра придется просить. Нищенство как профессия – не хуже любой другой. Но нет никаких гарантий, что профессия становится призванием с закономерностью перехода количества в качество. Впрочем, и этот постулат лично моя практика только опровергала. При всем старании никто не доказал, что люди, решившиеся на такой вид заработка, как протягивание руки (шапки, сумки, фибрового чемодана), изначально имущественно беднее крестьян эпохи 30-х, вдов образца 40-х, студентов целинных и залежных 50-х и т. д. Просто сегодня несоизмеримо больше материальных соблазнов, а побирушничество, моральное вымогательство – разрешено. Не законом, на который в России никто не обращает внимания, а путем саморазрешения. Мне можно, потому что мне плохо. Потому что я так хочу, и мне ничего за это не будет. Они – хотят, а мы им потворствуем. При этом, кто из нас является в социальном смысле низами, еще долго надо проверять методами математической статистики. А верхам сегодня до низов куда дальше, чем при царе-батюшке.

Читать дальше 'Марина КУДИМОВА. Пушкин как вид нищенства. Глава из книги «Кумар долбящий и созависимость. Трезвение и литература». — СПб.: Алетейя, 2021. С. 700'»

Вера ЗУБАРЕВА. В поисках «встречного течения»: метасюжет «Евгения Онегина»

Предлагаемая статья является укороченной и упрощённой версией большой работы, опубликованной в «Вопросах литературы» (№1, 2022).

Опираясь на «Историческую поэтику» А. Веселовского, статья интерпретирует метасюжет «Евгения Онегина» как историю жанров. Круг ассоциаций, возникающий в связи с героями, их развитие, череда перемен, происходящих с ними, рассматриваются в свете эволюции жанра.

Проблема подражания, возникающая в связи с образом главного героя, является базисной. Вокруг неё разворачивается движение метасюжета. Пушкин считал, что «подражание не есть постыдное похищение – признак умственной скудости, но благородная надежда на свои собственные силы, надежда открыть новые миры, стремясь по следам гения, – или чувство, в смирении своем еще более возвышенное: желание изучить свой образец и дать ему вторичную жизнь» («Фракийские элегии…» [Пушкин 1962a: 150]). Эту мысль процитировал и Веселовский, добавив, что «иных, менее оригинальных поэтов возбуждает не столько личное впечатление, сколько чужое, уже пережитое поэтически; они выражают себя в готовой формуле. “У меня почти все чужое, или по поводу чужого, и все, однако, мое”, – писал о себе Жуковский» [Веселовский 2011: 406]. Такой подход Веселовского объясняется тем, что он, в отличие от многих, «с бóльшим доверием относится к способности национального, “своего” противостоять влиянию, не отвергнув “чужое”, а усвоив его, претворив себе на пользу» [Шайтанов 2011: 42]. Это полностью совпадает с пушкинским видением.

Читать дальше 'Вера ЗУБАРЕВА. В поисках «встречного течения»: метасюжет «Евгения Онегина»'»

Вероника АБРАМОВА. Земляной царь. Повесть. Дипломная работа

Пролог

Этот сон я вижу с детства – освещённая желтой луной дорога, стиснутая с двух сторон густым и темным лесом, ветви деревьев переплелись стеной – не пускают чужаков, а я заглядываю в них и боюсь, в то же время, меня манит внутрь эта жуткая глубина леса.

Кажется, нигде во “вселенной” нет такой глубины, в этой глубине всё может сгинуть. И, как только я решаюсь сделать шаг в лес, раздается голос матери:

– Вернись, а то не найдём тебя никогда!

Чувствую, тянет в обе стороны, разорвёт сейчас. До боли! И я со всей силы разламываю сплетенные ветви и делаю шаг, второй, третий.

Останавливаться нельзя – вернут!

Кто вернёт?

Они вернут!

И встаёт передо мной наш дом, с зажженным светом, горящим ладаном и иконами на стене. За столом шестеро, а меня нет. Я смотрю на грустные, землистые лица в тяжелых серебряных ризах и ни понимаю, зачем они здесь, почему их лица такие скорбные.

И, чем дальше я ухожу вглубь, тем тише звучат слова матери, прозрачнее становятся землистые лица и силуэты шестерых. Вот уже прошедшее кажется ненастоящим, все они ненастоящие, всё ненастоящее. Не было ничего, всегда был только лес…

Читать дальше 'Вероника АБРАМОВА. Земляной царь. Повесть. Дипломная работа'»

Елена КАРАКИНА. Мир без Олеши

olesha_yuriy_karlovichЮрий Карлович Олеша писал: «Да здравствует мир без меня!». Нет, эта фраза вовсе не сродни пушкинскому просветленному, исполненному высокой гармонии: «И наши внуки, в добрый час, из мира вытеснят и нас!». Здесь другое, здесь мрачное отчаяние самоотрицания. Иногда создается впечатление, что Олеше не дано было умения быть счастливым. Одарен он был сверх меры, но другими дарами. А ведь быть счастливым тоже дар. Диоген был самодостаточен в своей бочке. «Отойди, не заслоняй мне солнце» – отвечал он Александру Македонскому в ответ на предложение просить у юного царя чего угодно. Впрочем, Олеша тоже мог бы сказать нечто подобное под настроение. Порой он представляется столь же одиноким, как Диоген, отгороженный сырыми и душными деревянными стенками бочки от остального мира. Он получал странное удовольствие, раздражая окружающих. И в этом есть какое-то необъяснимое противоречие, какой-то жуткий, вполне в духе героев Достоевского, надрыв души. Олеша временами был настоящим воплощением ехидного одессизма «стой там – иди сюда». Ведь Юрия Карловича любили. Он притягивал, он привлекал. И в то же время, отторгал. Как магнит, в котором антиподом полюса «плюс» является полюс «минус».

Одно время, еще здесь, в Одессе, до отъезда в Москву, Олеша был близко дружен с Эдуардом Багрицким. После – с Валентином Катаевым. Первая дружба рассыпалась, а вторая практически перешла во вражду.

Владимир Владимирович Маяковский отличал Юрия Карловича из всей компании одесских литераторов, завоевавших Москву, но Маяковский погиб. Долгой дружбы не вышло.

Читать дальше 'Елена КАРАКИНА. Мир без Олеши'»

Евгений ГОЛУБОВСКИЙ. Белый ангел нонконформистов. Художница Людмила Лукинична Ястреб

В этом, 2022 году исполнилось бы 77 лет Людмиле Лукиничне Ястреб, для нас навсегда Люде Ястреб.

Её день рождения 10 апреля. Помнил. Кстати, это и день рождения её мужа, художника Виктора Маринюка. Хотел в тот день поставить свое эссе о о замечательной художнице, но столько было событий, а мне не хотелось, чтоб затерялось. Поэтому – сегодня вспомним, а кто-то и познакомится…Ей навсегда осталось 35 лет.

8 августа 1980 года, в тридцать пять лет, она завершила свой земной путь. И навсегда осталась в нашей памяти молодой, полной добра, красоты и света.

Вспомнил текст, который, в свое время, я опубликовал в книге памяти поэта Анатолия Фиолетова. Через год после гибели Фиолетова поэт Георгий Шенгели в 1919 году в одесской газете «Театр» писал:

Читать дальше 'Евгений ГОЛУБОВСКИЙ. Белый ангел нонконформистов. Художница Людмила Лукинична Ястреб'»

Евгений ГОЛУБОВСКИЙ. Король фельетонистов. Жизнь и творчество Власа Дорошевича (1865-1922)

Влас Дорошевич (1865-1922)Сложившаяся традиция справедливо соотносит всё лучшее, что было в нашей словесности, с творчеством А.С. Пушкина. В размышлениях об одесской литературной школе – это более чем разумно. Олег Губарь не раз писал, что все описания Одессы после Пушкина так или иначе использовали как безукоризненный источник Одесскую главу «Евгения Онегина». И «Зеленая лампа» одесситов в начале 20-го века воскрешала в памяти «Зеленую лампу» и «Вольное общество любителей словесности, наук и художеств» начала 19-го века, связанных с участием Пушкина.

Но за 70 лет после высылки А.С. Пушкина из Одессы, большого, общероссийского писателя здесь работающего, здесь печатающегося, в городе не было. Пока в 1893 году в Одессу не переехал на работу в «Одесском листке» Влас Дорошевич.

Читать дальше 'Евгений ГОЛУБОВСКИЙ. Король фельетонистов. Жизнь и творчество Власа Дорошевича (1865-1922)'»